Рапсодия для Рапунцель

Брюнетка никогда не поучала подругу попусту, однако именно она оказывала поддержку, когда та, наломав в очередной раз дров, плакалась ей в жилетку. Ирина была благодарна подруге за помощь, но, как правило, после того, как жизнь устаканивалась, вновь начинала тихо завидовать Алевтине.

– Чего пить будем? – взял картонные меню Олег. – Может, по «Бланшу?»

– Блондинчик предпочитает блондинистое пиво? – оскалилась Ирина.

– А, намёк понял, – кивнул здоровяк. – Тебе я возьму индийский пейл-эль – как раз под цвет волос подойдёт.

Погорчишь немного. А Але – «Гиннесс». Тут надо у бара заказывать. Я пошёл. Не скучайте.

Не успела Ирина открыть рот и начать возмущаться тому, что приятель столь беспардонно сделал за неё выбор, как Олега и след простыл.

– Ну ты смотри!… – только и смогла выдохнуть чертовка.

– Хорошо, когда мужчина решает вопросы, – откинулась на спинку стула Алевтина.

– Нарешает он… – пробурчала Ира. – Сейчас шмурдяк какой-нибудь принесёт!

– И заставит пить до дна. – продолжала Аля, бомбардируя подругу флюидами из чёрных спокойных глаз.

 – А когда пригубишь – подобреешь и простишь его за дерзость.

– Было бы за что прощать! Вот ещё! – надула губки Ирина. – Классно вам, вместе в пабы ходите.

– Да уж, пора! Без малого десять лет растили потомство, теперь можем немного выдохнуть. А вы эти годы халявили! – добродушно подмигнула подруге Алевтина. – Когда возьмётесь за ум?

– Ты прикалываешься?

– Я серьёзно. Время идёт, Ир. Неужели тебе не хочется маленького Лёшку? Или маленькую Иринку? А если родится мальчик и он будет похож на тебя? Вот здорово-то будет!

– Не знаю… – задумалась Ирина, и Аля поняла, что та явно приходила к этой мысли.

– А Лёша что? Он как к этому относится?

– Да примерно как ты. Тоже мне периодически рассказывает, как здорово было бы, если бы по квартире ползала маленькая Ира, – последние слова Ирина произносила, передразнивая интонацию Алексея.

– И-и-и?

– Что «и-и-и», Аль? Ну какие от него могут быть дети? Он же тюфяк! Стал лысый, толстый, вечно на работе своей.

Музыку свою отвратную слушает, хотя я её на дух не переношу! Гитара эта в шкафу ещё… Сидит там как хищник в засаде. Мне иногда кажется, что однажды она выпрыгнет и съест меня.

– Ничего себе, у тебя фобии! – раскрыла рот Алевтина. – А про лысого и толстого ты преувеличиваешь.

– Ну тебе-то повезло. Олежа твой красавчик. И свой грохот вы на пару любите.

– А ты тоже нос не вороти от его песен. Возьми да послушай. И свои ему покажи.