Ультиматум безрассудной ночи

Что она вообще в нем нашла? Лицо, тело, невероятная энергетика, немыслимая сексуальность – да. А так – ничего особенного.

Хотя нет, еще темная, граничащая с опасностью аура с нотками уязвимости, окутывающая его.

Хлоя порадовалась, что решила воздержаться от сексуальных контактов. Именно это ей сейчас нужно. Конечно, не навсегда, но на какое-то время. Кто знает, что может случиться в будущем.

Неоспоримый плюс воздержания – возможность смотреть на чертовски сексуального мужчину и вспоминать, что между ними было, так, будто это произошло не с ней, а с кем-то другим.

«Боже, Хлоя, кого ты обманываешь?»

Упорно игнорируя голос истины в голове, она решила, что вполне созрела для воздержания. Это существенно облегчит жизнь.

– У тебя болит голова? – спросила одна из гостей, чье имя Хлоя не могла вспомнить, хотя обычно хорошо запоминала людей.

– Не то чтобы…

И вдруг почувствовала, как Ник взял ее под руку. Она не видела его, но по одному прикосновению поняла, что это именно он.

– Что-то потеряла?

– Анальгин, – ответила Хлоя. – Кажется, у меня начинает болеть голова, и я как раз нашла его, – соврала она.

Она старалась смотреть куда угодно, только не на высокого, стройного собеседника.

Если взгляд она еще могла как-то контролировать, то мысли никак, а они снова и снова возвращали ее в тот день, когда они впервые встретились.

Замкнутый круг.

Когда она согласилась пойти в тот злосчастный бар с друзьями, последнее, чего она ждала, – выйти оттуда под руку с незнакомцем.

Конечно, у нее были парни, она ходила на свидания, но обычно все заканчивалось расставанием по одной-единственной причине: ты хороший, это со мной что-то не так.

После нескольких подобных романов она уже подумывала, что не нуждается в партнере. Вплоть до той ночи, именно тогда ее представления о собственной асексуальности были разрушены.

– Хлоя, ты знакома с Оливией? – спросил Спирос, подводя к ней симпатичную женщину.

Он будто не чувствовал, что атмосфера накалена до предела.

Хлоя отрицательно покачала головой, ухватившись за возможность сбежать от самой большой ошибки в своей жизни.

– Оливия, это та самая молодая девушка, о которой я тебе рассказывал, – как ни в чем не бывало продолжал Спирос.