Ультиматум безрассудной ночи

От его присутствия у нее только что волосы не вставали дыбом, реагируя на один лишь его взгляд.

Она осушила бокал, приняла самый доброжелательный вид, чтобы даже на мгновение никто не мог подумать, будто что-то неладно.

Хлоя хотела защитить себя от гормонов, которые независимо от разума реагировали на нечеловеческий магнетизм Ника. Может быть, он даже не вспомнит ее?

Пока она раздумывала, он сам подошел.

– Спирос.

Голос все такой же бархатистый, низкий, почти физически ощутимый. Таким она его и запомнила после той ночи.

Они стояли рядом. Ник протянул руку собеседнику Хлои. Она даже головы не повернула.

– Без Петры сегодня?

– Да, она потянула лодыжку на тренировке, – отозвался Спирос.

Ник понимающе покачал головой.

– Готовится к очередному марафону? Не собираешься к ней присоединиться?

– Не хочу проверять себя на прочность.

Он повернулся и, взяв Хлою за руку, немного потянул ее, чтобы представить Нику. Странно, и как это он не заметил, что с ней творится, как она тяжело дышит и старается сохранять невозмутимый вид.

– Ты знаком с Хлоей?

Она затаила дыхание.

– Конечно, мы давние знакомые, – непринужденно ответил Ник.

– И ты держал это в секрете!

Не в силах дольше откладывать, она повернула голову и постаралась изобразить на лице приятную улыбку. Ник вспомнил ее, значит, она переходит к плану Б.

«Будь вежливой и отстраненной», – говорила себе Хлоя.

На словах легко. На деле же его притяжение оказалось слишком сильным.

Высокие, хорошо очерченные скулы, орлиный нос, выдающаяся челюсть делали его лицо невероятно аристократичным. Едва она повернулась, его чувственный рот тут же скривился в циничной улыбке. Тот же цинизм она заметила в его глубоко посаженных глазах, обрамленных прямыми, бойко торчащими ресницами, с радужкой цвета темного шоколада.

Хлоя замерла, будто скованная чарующим взглядом.

– Как поживаешь, Хлоя? – Он назвал ее по имени, растягивая его, будто пробуя на вкус.

«Будто дегустирует меня», – подумала Хлоя, но тут же отогнала от себя эту мысль. Температура поднялась еще на несколько градусов. Она запылала. Застенчиво коснулась шеи, которую украшало колье из необработанных аметистов, те казались ледяными по сравнению с раскаленной кожей, и выдавила из себя улыбку.