Ответить эху

Нортон пошел праздновать дальше, а Эрвуд поспешил к помощнику. Тот доложил об активности Навруцкого в зале и уходе группы геймеров, среди которых был Щеглов, в верхний зал. Вместе они отсмотрели кадры видеозаписи.

– Навруцкий, несомненно, предупредил его. А Щеглов вышел на агентов. С кем из сотрудников персонала он говорил?

– Говорил с шестью, причем один из них наш человек.

Эрвуд внимательно просмотрел все записи. Закончив, довольно хмыкнул.

– Он использовал стандартный ход. Замаскировал контакт с агентом разговорами с остальными сотрудниками.

Ловко!

– Но как нам вычислить агента?

– А никак. Нет времени. Перевести всех на вспомогательные работы под предлогом замены и отдыха. Пусть сидят на кухне или в подсобке. А после бала решим, как быть. Что у Навруцкого и Сабины?

– Полчаса назад были в его номере. Судя по всему, занимались любовью.

– Попался наш герой! – довольно потер руки Эрвуд. – На этот крючок многие попадают. У них сейчас самый разгар общения.

Заметив ухмылку помощника, добавил:

– Не все же ей спонсоров ублажать.

Как только он окончательно размякнет, я поговорю с ним еще раз. Этот разговор будет более откровенным. Либо он даст добро, либо… останется с носом. Фактов у него нет, а слова одного человека ничего не значат. Подумаешь – видел кого-то! Докажи!

Эрвуд засмеялся. После успеха с Нортоном и раскрытия Щеглова его настроение пошло вверх.

– А что Щеглов? – напомнил помощник.

– В смысле?

– Его вербовать не будете?

– Его? Нет. Нельзя дважды на одни грабли наступать.

Пусть догуляет бал и едет домой. Его поиск был безрезультатным. Правда, он хороший боец! Но рисковать нельзя.

И Эрвуд вновь улыбнулся. Его улыбка померкла буквально через минуту, когда пришло сообщение от Александра Боллера.

– Сабина привела Навруцкого к нам. Он видел «станок». Пришлось его вырубить.

– Что? – не сразу воспринял услышанное Эрвуд.

– Навруцкий у нас. Лежит без сознания.

Эрвуд поднял растерянный взгляд на помощника и отчетливо произнес:

– Черт побери!.

.

В «хранилище» Эрвуда встретил растерянный Боллер, злорадно ухмыляющийся здоровяк Константин и невозмутимая Ковач. Она сидела в кресле и курила безникотиновые сигареты, глядя в стену.

На диване лицом вниз лежал Навруцкий. Он был без сознания. Эрвуд сразу подошел к нему, проверил пульс, поднял голову и оттянул веко.

– Что с ним?

– Я врезал бутылкой по затылку, – пояснил Константин. – А потом мистер Боллер ввел ему снотворное. Спит наш чемпион.