За них даже Боги молятся сами себе – и по погибшим тоже плачут

Прощай, – Круглый! – она отпустила свою (любимую) вещь по направлению свежего ветра, – бережно и осторожно, подхватившего с собой, (подарок) в необъятные и загадочные просторы, Вселенной.

– Даа! Я думал о том, как встретит меня Москва, – но такую встречу не увидишь даже в самом кошмарном сне, – неожиданно, высказался, – Данил в то – же время оглядывая на себе грязную, одежду и не менее грязные свои туфли.

– Москва не резиновая, всех не примет! – сказал вполне серьёзный, Андрей, – крепко сжимая правой рукой, плетеную, длинную, ручку от светло – коричневой с платком корзины, – а левой рукой, осторожно, стряхивая с нечистой куртки, прилипшие, мелкие, кусочки, засохшей, грязи.

– Ты, наверное, хотел сказать, Москва, – гостеприимная и всех примет? – сразу – же захотела поправить «неточного», – стоящая на одной левой ноге, Александра, – сохраняющая своё равновесие с помощью своей правой руки и левой чуть выше локтя руки довольного, Ильи, – и в то – же время, снимающая своей, левой, рукой с правой своей ноги, – свой, грязный кроссовок, что – бы избавиться от твёрдого внутри и «противного» комочка грязи.

– И, да! И, нет!

Внезапные, – громко сказанные слова мужским голосом заставили всех приглашённых на теплоход Мечта, – вздрогнуть у трапа на белой и нижней палубе, – и резко обернуться в сторону носа теплохода.

«Следующий, и ещё пока непонятный, аккуратный, незнакомец был высоким где – то метр восемьдесят пять и точно живым, человеком, – мужского пола», – сразу – же, подумал, внимательный и теперь, (более, подозрительный), после случившегося, Андрей, – продолжая, как и все его попутчики рассматривать, – «плотного, но не толстого (лет пятидесяти), узколицего с квадратным подбородком, бритого мужчину в белом костюме в белых брюках и в белой обуви».

Переведя, взгляд с «чистой» обуви неожиданно, – появившегося, взрослого мужчины в десяти шагах на свои «ну очень грязные туфли», – Данил (поморщился) затем резко отвернулся, – и снова вместе со всеми стал разглядывать «высокого человека с зачёсанными назад и недлинными, тёмными волосами».

Перестав рассматривать «аккуратного» человека, – Данил вздохнул и снова быстро взглянул на свои грязные туфли.