За них даже Боги молятся сами себе – и по погибшим тоже плачут

Встретившись с серьёзными глазами водителя, – избавившегося от самых наглых паучков, Андрей, – отвёл поднятую правую руку над головой, – назад, прицелился и наконец – то с громким криком, – Заводи! Фантазию! – «Уже не очкарик, – уверенно кинул конфету!»

Все, кто в своих снах или наяву, – видел и понимал, что сейчас происходит в ночной столице, а именно на освещённом, природным светом, – причале где был пришвартован так – же освещённый, яркой луной и звёздами, – трёхэтажный, большой, белый теплоход Мечта, – затаили дыхание наблюдая с пульсацией в своих висках за бесценной сейчас сладостью.

И когда свёрнутая с одной стороны в ярко – жёлтой обвёртке конфета наконец – то долетела до своей цели, – и когда, Круглый, – одной левой рукой (так как правая рука держала крепко корзину), – и своими зубами мигом развернул и с большим удовольствием отправил в рот сладкую, круглую, лимонного цвета, шоколадную, конфету, – то кто – то радостно вздохнул а кто – то ещё больше, озлобился, – потому что у каждого на земле да и не только на земле как мы все понимаем и знаем – свои желания, интересы и свои планы.

Как только, – Круглый проглотил разжёванную, (вкусную), конфету, – ровно через две секунды, – колючие, тёмно – серые, тускло – сверкающие с выпуклыми, мутными, глазами, – паучки тут – же застыли от неожиданных, смелых и решительных мыслей в голове водителя, – на его теле и на его правой (почти у цели), – руке.

В следующую секунду к радости всех, кто (болел) за Круглого, – эти мелкие, мерзкие, противные, (тварики), – стали ссыпаться на застывшею, твёрдую, трясину, – словно жёсткий, тёмно – серый град.

Наблюдая дальше как и все, – как паучки, превращаются после удара об окаменевшую трясину в солнечных зайчиков, – и как эти весёлые, солнечные, зайчики «благодаря его бурной фантазии», – растворяют под ним застывшую трясину, – испачканный с нечистыми щеками и лбом, Круглый, – в неглубокой через пять секунд и не широкой яме, – засиял на глазах у всех как «медный тазик», – в то – же время оглядывая своими радостными, голубыми, глазами свои свободные ноги в грязных полуботинках – и «долгожданную», – вокруг своего тела «теперь», – светло – серебристую, искристую, оболочку.