Твоей любви отрава

Никогда. Ни видеть ее, ни слышать, ни впускать в свой дом – в свою жизнь тем более. Но он открыл дверь шире и разрешил войти. Только ей мог такое позволить, через гнев, через боль. В коридоре сбросила шлепки и тихо спросила:

– Куда?

Марк махнул в сторону зала. Вдруг вспомнил, что не один. Когда же Марина скрылась за дверью, из спальни высунула нос Лиза.

– Что случилось? – спросила девушка, укутанная в тонкое одеяло.

Марк подошел к ней и притяну к себе за талию, уткнулся носом в шею, вдохнул знакомый запах.

Лишь бы успокоиться и не думать о незваной гостье. Уйти бы обратно в спальню и все повторить. Забыться.

– Иди спать, хорошо? – попросил он.

Но Лиза не собиралась слушать, пока не удовлетворит хотя бы свое любопытство.

– Кто пришел?

– Мы можем потом об этом поговорить?

– Тогда просто скажи, что все в порядке.

– Так и есть. Иди.

Он не любил церемониться. И Лиза это знала. Понимала, читая по глазам, что просить он больше не будет. Вместо этого выставит за дверь. Поэтому послушалась и отправилась в кровать.

Знала же, что все равно к ней придет. Без вариантов.

***

Руки тряслись. Губа болела. Больно было дотрагиваться. Когда Олег ударил, она сильно ее прикусила.

– Мама? – позвал еще сонный Дима, поднимая голову.

– Ш-ш-ш, все хорошо, – сказала она, укладывая обратно на подушку и поглаживая по темным волосам, как у папы. – Спи, зайка, спи.

В конце концов, она легла рядом и прижалась к сыну. Пока он не уснет, ей не до себя. А еще Марк.

Сама пришла, понимала. Только не хотелось никаких разговоров. Что-то объяснять тем более.

Но дверь тихо скрипнула, и в комнату вошел Марк. Сел в кресло напротив. Молча. Ничего не сказала и она. Так они и смотрели друг на друга, скорее на силуэты в ночной темноте, реагируя на каждый шорох. Сейчас не видела, но слишком хорошо помнила – шрам на левой щеке – ее вина. Как и во многом другом. Думала, время залечит раны, но сейчас уже не была в этом уверена. Даже новые не спасали. Уйти? Некуда.

Олег найдет и вернет обратно. Ему никто не помешает это сделать. Никто, кроме Марка. Если тот, конечно, захочет помешать. Она в очень рискованном положении.

Наконец, Марк поднялся. Но прежде чем выйти, тихо сказал:

– Жду на кухне.

Марину пробрала дрожь. Кажется, ей проще вернутся к Олегу, чем идти к Марку. Сбежала от мужа на эмоциях, решительная, храбрая. Сейчас немного успокоилась, начала испытывать страх. Начала думать, что сделала. Сожалеет? Нет.