Кладезь безумия

В квартире, в которой я живу в доме «хрущёвской» модели, а точнее, в моей комнате… так вот, обои там не сияют новизной, и я восполняю этот недостаток постерами своих любимых исполнителей и киноактёров. Старая кроватка, предназначенная, судя по твёрдости, для йогов, разместилась в углу моей комнаты, и каждый вечер, засыпая, я мог видеть карту Киева, приклеенную к стене как раз по соседству с этими самыми постерами. Откровенно говоря, на ней ничего видно не было, кроме Днепра и сетки из длинных линий, обозначающих дороги.

Так было до того дня, пока там не появился садовник.

Секунду назад я видел линии улиц, рельефы и небольшие водоёмы, а затем – раз, и всё это сложилось в одну фигуру. На Левобережье, там, где у нормальных людей располагаются Позняки и Осокорки, стоял странный моложавый человечек с лейкой в руках, и, судя по всему, он был активно занят поливкой несуществующих цветов. Хорошо, что он не двигался, очень хорошо, иначе наутро вместо офиса я попал бы в кабинет к наследникам доктора Фройда.

Я отвёл глаза в сторону. Затем снова посмотрел. Нормальная карта, как висела здесь много лет, так и висит. Я зажмурился, и вновь открыл глаза. Садовник стоял и, как ни в чём не бывало, поливал цветы.

О, чёрт! Я подскочил с кровати, пулей вылетел в ванную комнату, и как следует принял контрастный душ. Горячая вода… холодная… кипяток… ледяная. Затем я понял – стоит сменить ещё пару струй, и я всё равно свихнусь, но совсем по другой причине.

Бодрый и разгорячённый, я вновь вошел в спальню и прилёг на кровать. Садовника как не бывало.

Я вздохнул с облегчением. Не хватало мне ещё приключений на ночь глядя. Я включил телевизор в надежде услышать последние новости. По «Новому каналу» выступал Президент. Ладно, пусть будет Президент – я добавил звук, и приготовился внимательно слушать. Минут через пять я случайно отвёл голову от экрана телевизора и застыл в немом шоке.

Некоторые участки обоев в моей комнате не успели подвергнуться атаке постеров, и сияли, как обнаженные участки тела человека в порванной одежде.

Ничего оригинального ни в дизайне, ни в расцветке обоев не было – обычные вертикальные полосы, идущие параллельно друг от друга на равномерном расстоянии. Теперь эти полоски вращались вокруг своей оси и двигались вверх, попутно переплетаясь друг с другом.

Я отвернулся к экрану телевизора и усиленно делал вид, что внимательно слушаю Президента.