Отмеченный Туманом. Трудно быть графом

– Ух ты! Будем считать, что ты сумел меня заинтересовать… Это далеко?

– Не особо, – подумав, сказал Артур. – Есть два способа увидеть границу. Первый, и самый распространённый, – доехать до Академграда и подняться на оборудованную смотровую площадку, где установлены специальные приборы, направленные именно на границу.

– А другой способ? – поинтересовалась девушка.

– Увы, нам он недоступен, – признался Артур. – Туда надо поехать. Но даже имей мы для этого подходящий транспорт, нас не пустят за обжитую зону.

– Там так опасно, или?.. – проявила любопытство девушка.

– Скорее второе… Сама всё поймешь, когда увидишь то место со смотровой площадки.

– Будем считать, что тебе удалось получить моё согласие, – рассмеялась Кармен. – Но после танцев у меня фехтование, – сочла она нужным его предупредить.

– Я подожду, – легко согласился Артур и тоже улыбнулся. – Если честно, мне хочется ещё раз увидеть, как ты фехтуешь! Это было великолепное зрелище.

– Но я всё равно проиграла, – напомнила она ему о результате того её поединка.

– Но проиграть красиво – это тоже не каждому дано, – заметил парень.

И снова его комплимент вызвал у Кармен улыбку и смех.

– Ты просто подхалим! – одарила она его своей чарующей улыбкой. – Но мне это даже нравится…

* * *

Неожиданная встреча ждала его по возвращении домой. Не ожидал он застать в гостиной в компании его старшей сестры своего бывшего школьного директора, Георгия Владимировича Мусингова.

– Ну, здравствуйте, молодой граф! – с улыбкой поприветствовал он Кима. – А мы здесь с вашей сестрой чайком балуемся. – И он отсалютовал ему кружкой, которую держал в руках.

– Здравствуйте, Георгий Владимирович. Вы к нам только чайку попить пришли или ещё по какому делу? – полюбопытствовал Юра, присаживаясь напротив.

– Да вот, моя бывшая ученица предложила мне место директора, – всё так же улыбаясь, ответил Мусингов. – А то без моего пригляда она вовсе распустилась.

– Не настолько я была и проблемная, – заметила Ирина. – И похуже меня были…

– Что-то с памятью моей стало, – посетовал старый директор. – Не напомните мне их имена? – с иронией попросил он. – И всё же я рад за вас обоих. В равной степени за обоих. – Он больше не улыбался и был предельно серьёзен.