Адреналин для Рины

Если сердце столько раз будет падать, то жизнь можно закончить здесь и сейчас.

– Кто тебе хну достать может, я знаю. Он хоть звезду с небес снимет, если захочет. Проблема в том, чтоб его заинтересовать. Но это уже не моя проблема, верно? – и торговка секретами снова расхохоталась, то ли от души, то ли для театра. Может, она Гамлет?[27 - «Гамлет» – соционический тип, склонный манипулировать чужими эмоциями.]

В конце тоннеля дважды звякнул колокольчик.

Глава 9. Пьяцца

– Джина, могла бы дать знать, что под Этной ничего не осталось, – раздался бодрый мужской голос из тоннеля.

– Но ты и не спрашивал, Пьерито, – заулыбалась девица, мгновенно отлипая от монитора и устремляясь в тоннель.

– Опять за свое, – недовольно ответили из тоннеля.

Бродяга втянул носом воздух и сообщил:

– У меня нехорошее предчувствие, Рина.

– Это я по любви, по любви, Пьерито, – хихикнула Джина лукаво, распуская хвост и разметывая волосы по плечам. И подмигнула Рине.

– Джина, тебе точно свезло больше всех, ты своего не… – из тоннеля вышагал угонщик внедорожников, женатый прохиндей и уверенный в обаятельности нахал Зеленый. Он осекся на полуслове, увидев Рину. И рассмеялся. – Только не говори, что клиентка – вот эта заика!

– Да ладно тебе, Пьерито, она не так уж и часто заикается, еще, бедняга, и ПОЭ, – отмахнулась Джина, и Рина почувствовала себе сквернее некуда.

– И что же, она ищет меня? – осмотрел Зеленый Рину со всех сторон, от чего по спине у той пробежался холодок. Свитер она явно сняла зря. Угонщик уже тоже успел переодеться в полотняные штаны, все так же зеленую рубашку и волосы спрятал под красного цвета банданой. Где он вещи взять успел?

– Нет, она ищет высушенные листья лавсонии неколючей, – уселась Джина в кресло на колесиках и закинула ногу на ногу, взирая на посетителей с любопытством.

Зеленый присвистнул.

– Ты и раньше умом не блистала, детка, но настолько…

Бродяга выгнул спину и приготовился к прыжку.

– Бродяга, успокойся, – вытянула руку предупреждающе Рина. Так вот он, поставщик хны? Весело судьба распорядилась. А Зеленому сказала: – Ты сам рыжий.