Каамос Каарины

Кайя обернулась: засунув руки в карманы, перед ними стояла та самая черноглазая воровка. Выражение ее лица было странным: несколько высокомерным, несколько растерянным и жалким.

– Ты решила вернуть мне сдачу? – важно приосанившись, спросила Каарина.

– Если хочешь стать мальчишкой, то нужна другая одежда, – вместо ответа кивнула та на юпу Кайи.

– Разве тебя касаются мои дела? – гордо вскинула Кайя голову. – Мне больше нечего тебе сказать. Кажется, ты торопилась на работу.

– Как знаешь, – пожала девчонка в куртке плечами.

– Хорошо, – резко сменила она решение. – И где мне взять одежду?

– Я принесу, – оживилась девчонка. – Ты иди к цирюльнику, и не выходи, пока я не вернусь. Я Рика, – сверкнув белыми зубами в улыбке, протянула она грязную руку.

– Рика? – переспросила Кайя. Она что, хочет знакомиться?..

– Вообще-то, Маарика, но это «Маа» звучит так длинно, – пожала плечами Рика.

Каарина прищурилась. Странное существо. Но почему-то захотелось поверить.

– Я Кайя, – пожала она протянутую ладонь. – Надеюсь, за волосы я смогу получить больше.

– Урви у них марок пять, – окинула оценивающим взглядом Рика косы новой знакомой. – Но начни торговаться с десяти и уступай по пол-марки на раз, не больше. Я скоро!

* * *

Глава 18.

* * *

Каарина так и не смогла найти причин необъяснимой благосклонности Маарики (при том, что восемьдесят пенни она таки замылила и больше про них не упоминала), но решила принять как есть – если думать обо всем и сразу, можно сойти с ума, так она для себя решила. В цирюльне стоял худенький мальчик с едва прикрывавшей уши светлой копной волос. Рика покровительственно водрузила на эту копну замызганную серую шапку. Шесть марок приятно тяжелили карман.

– А теперь иди, – легонько ткнула черноглазая ее в спину, – да побольше шаркай ногами, руки в карманы засунь. Встретимся позднее, – и Рика шмыгнула на улицу.

Кайя глубоко вздохнула, обернулась с грустью на цирюльника, который уже упаковал ее косы в бумажный пакет и спрятал в стол, а теперь занялся бритьем нового посетителя, и вышла наружу. Радостно высунув язык, Талисман бросился к ней от парапета, под которым сидел у лужи и скучал.