Предание Темных: Вечность не предел

немного в иной форме.

– Я не собиралась выпрыгивать из самолета -цежу – просто не надо было его трогать с места..

– Я же говорю..

– Да-да, время. Я помню. Каждая минута дорого стоит..

– А эта проверка охраны, они обычно надолго – кивает он – мы и так задержали вылет, чтобы дождаться вас..

Какая честь! А с какой стати им вдруг ждать нас?

– Так и летели бы! Сказали бы, что не можете ждать, мы бы вышли из самолета, а вы бы полетели.

Он пристально глядит мне в глаза, словно пытаясь вывести на правду чище любого детектора лжи:

– Вышли бы? Вы ведь не просто так, полагаю, спешили улететь, мисс Бёрнелл – небрежно отмахивается – простите, забыл ваше имя.

– Потому что я вам его и не называла.

Хотя, я и фамилию не называла. Подозреваю, эти данные ему известны из билетов, которые можно было почерпнуть в диспетчерской, которая и передала нас ему.

– Так вот, мисс Бёрнелл, подозреваю, на ваш отлет были серьезные причины. И забыть о них лишь из одной солидарности с другом? Это красиво – задумчиво соглашается он, после чего вскидывает бровь – но разумно ли?

Да, однако вот

(.

дело было совсем не в солидарности.

– Мое вмешательство – продолжает своим размеренным тоном Ратвен – избавило вас от сложного морального выбора и позволило остаться с чистой совестью.

Его губы трогает легкая лукавая улыбка:

– Лично вы не бросали своего друга, но при этом так же очень скоро будете дома и сможете решать свои дела, не подстраиваясь под его проблемы, возникшие с охраной аэропорта.

Да уж, а он определенно не так наивен, каким показался.

Ну верно, наивные люди миллиардами не ворочают.

– Но как же Лео? – неуверенно поникает Милли, видимо, не смея выражать по отношению к своему очередному кумиру эмоций агрессии – ему же тоже надо.

– Лео – мягко перебивает ее он – это ваш приятель, верно? Думаю, он спокойно прилетит следующим рейсом. Так что все отлично. Ведь проблемы у него, почему задерживаться должны и вы? Логично?

Пристальный взгляд вновь на меня.

– Думаю, вы проницательны, мистер Ратвен, но не настолько, как о себе мните – замечаю я – основная наша проблема не в солидарности с другом, а в вашей странной щедрости.