Книга Авроры

Я тоже была против дома престарелых и свои дни и годы бабушка провела в том доме, который еще в 30 они вместе с дедушкой купили на ее первые гонорары. Если верить папе, тогда она только взошла звездой на небе книжного ремесла.

Дом отличный, ничего не сказать. Два этажа, веранда, лоджия с видом на маленькое озеро, уютный. Бабушкин кабинет, две спальни, гостиная. Бабушка искренне верила, что однажды мы переберемся сюда, но после ее смерти родители единогласно решили его продать.

Слишком много тяжелых воспоминаний было с ним связано, да и мама была городская.

Она не хотела переезжать в пригород. А на вырученные деньги они с отцом собирались сделать ремонт в нашем домике.

Я была против, но кто стал бы меня слушать?

– Ты уже не маленькая девочка, Атиль – заявила мне на это мама – в 20 лет уже отдельно от родителей живут, а не пытаются руководить их делами.

– Я в этом доме провела все свое детство – выпятила я губу и скрестила руки на груди – а теперь просто продать?

– Да – кивнула она – а теперь просто продать.

Маме не приходилось принимать внушительную позу, чтобы выглядеть грознее меня. Они с папой были высокие, но мой рост еле дотягивал до 170 см. Как бы я не пыжилась – но в любых спорах выглядела от силы злобной грозной чихуахуа, на которую они смотрели сверху вниз по одной лишь физиологии.

Из тех, что тявкает, но никогда не укусит, так как зубы дороги.

Кстати, эта особенность – роста – у меня, наверное, в бабушку. Она была еще ниже, но совокупность рослости моих родителей дала мне хоть какую-то фору.

Думаю, второй бы ребенок их наоборот был ростом до Олимпа, но узнать не пришлось. В семье я одна.

Красоткой меня тоже нельзя было назвать – даже если под определением «особенная красота». Пожалуй, я была неординарной внешности, но к красоте это и за уши нельзя было притянуть. Русые волосы чуть ниже плеч, глубоко посаженные большие карие глаза, угнетенные внушительными бровями. Нос хоть и аккуратный, но лоб большой – из-за чего в общем лицо словно выглядит сплющенным.

Будто кто-то нажал на него сверху, и все черты в раскоряку сместились вниз, совершенно не соблюдая верные пропорции.

Оттого даже изящные черты, как пухлые губы, смотрелись на нем совершенно несузарно и даже комично. Ну, хотя бы стройная была, поедая слайсы вместо булочек.

И вот не прошло и сорока дней, как родители озаботились уже тем, чтобы выставить дом на продажу. Они решили оставить там всю мебель, вывезли лишь какие-то фамильные драгоценности и телевизор.