Сквозь огонь

Дарио отвернулся, чтобы скрыть улыбку, пробужденную воображением, и сказал:

– А что в этом плохого?

– Кто-нибудь из прислуги – садовник, горничная – могли увидеть ее. Как ты думаешь, что бы они сделали?

– То, что должна была сделать и ты, мама. Уйти. Настолько быстро и осторожно, насколько это возможно.

Селеста изящной рукой пригладила волосы:

– Что ж, пока мне не захочется увидеть это зрелище еще раз, я ее не побеспокою.

– Конечно, не побеспокоишь, – заверил ее сын, усаживая в машину. – Более того, я сожалею, что мне приходится идти на крайние меры, но до тех пор, пока сложная ситуация касательно моей жены не разрешится, ты будешь держаться подальше от моего дома.

Мать опустила стекло и с укором посмотрела на Дарио:

– Я поняла.

– Точно? – В нем снова закипела злоба. – Ты представляешь, как ей может навредить твое вмешательство? Если ты расскажешь ей о Себастьяне, последствия могут быть ужасными.

– По мне, так я никогда не рассказывала бы ей о Себастьяне. Если бы это зависело от меня, она бы уже собирала чемоданы, так и не узнав, что родила тебе сына.

Дарио задрожал от гнева:

– Именно поэтому ты будешь держаться как можно дальше от Мейвы, пока к ней не вернется память.

– А ты, Дарио? Сможешь ли ты держаться подальше от нее? Или еще раз падешь жертвой ее дешевого лживого шарма и позволишь бросить себя во второй раз?

Машина синьоры Костанцо сорвалась с места так быстро, что мелкие камушки полетели из-под колес. Ей было больно оттого, что сын вел себя грубо, и Дарио это понимал.

* * *

Мейвы нигде не было видно. Когда Дарио постучался, она не ответила. Наконец он обнаружил ее на террасе. Мейва ожидала его к ланчу. Точнее сказать, она застыла в нерешительности. В длинном платье разных оттенков розового молодая женщина походила на изящную бабочку, порывающуюся взлететь.

– Милый наряд, – заметил Дарио, пытаясь разрядить атмосферу, – хотя в полотенце ты мне тоже понравилась.

Мейва покраснела:

– Прости меня, Дарио.

– За что? Это мою мать здесь никто не ждал, а не тебя.

– Все равно, мне хотелось бы произвести на нее хорошее впечатление. А так, мне кажется, я только усугубила ситуацию. Почему твоя мать не любит меня?

– Ты вышла за меня замуж, – заметил он, наливая аперитив. – Итальянские матери всегда тяжело принимают невесток.