Хозяин моего дома

Я почти видел, как даже в постели со мной ты строишь планы, думаешь о делах. Бизнес-мороженое!

Редклиф сбился, попытался сказать что-то еще, но проглотил слова, увидев ледяное спокойствие Миранды.

– Даю тебе срок подумать до понедельника. – Энди позвонила в серебряный колокольчик. – Проводите мистера Редклифа, миссис Кеттл.

Тимоти ушел, не сказав ни слова. «Наверное, если бы мог – хлопнул бы дверью!» – с усталой иронией подумала Миранда.

«Ягуар» мягко съехал с шоссе на подъездную аллею имения Морвеллан-Холл, которое с тринадцатого века было родовым гнездом графов Мередит – вплоть до тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года, когда внезапно и бесследно исчез двадцать второй граф – Эвард Морвеллан.

ГЛАВА 2

Эвард Морвеллан, граф Мередит, был зол на весь свет. День явно не задался, а вечер – тем более. Впрочем, если подумать, то прошедшая неделя тоже не отличалась какими-либо хорошими событиями. Началась черная полоса в жизни, Эвард был в этом практически уверен. Потому он сидел в любимом кресле у камина, обнимал бутылку бренди и предавался печали.

Эвард опять получил отказ из Палаты Лордов. Чертово графство – чувствуешь себя племенным жеребцом: «…Пока у графства Мередит нет наследника, мы не можем позволить вам рисковать жизнью». Эти напыщенные лорды не разрешают ему купить офицерский патент и отправиться в Эфиопию с экспедиционным корпусом – лишают единственного занятия, достойного джентльмена. Беспросветная скука зимних месяцев в Корнуолле: весна в этом году не спешила.

Только в начале мая установилась теплая погода, загремели грозы. В Морвеллан-Холле он хотя бы избавлен от стаек честолюбивых девиц на выданье и от гарнизонов их любящих мамаш. Сюда он мог приглашать только тех, кого действительно желал видеть.

Бутылка показала дно. Слуги давно спят. Эвард раздумывал: пойти в буфет за бренди – или налить портвейна, который всегда имелся в кабинете. Граф остановил выбор на портвейне: бродить с единственной свечой по спящему дому… Нет, это сильно напоминает предания о бесследно исчезнувших членах благородного семейства, разгуливающих по сей день по имению в саванах и цепях.

Как бы в ответ на мысли Эварда о призраках, хлопнуло приоткрытое французское окно. Кажется, будет гроза: ветер стих, с моря набегали тучи.

– Надо прогуляться… – идея показалась здравой, наверное, сказался бренди.

Свежий ветер выдует из головы все бредовые мысли о призраках и безвременно пропавших невесть где предках.