На карнавале чувств

Глубоко вздохнув, Эванджелина замерла на пороге, любуясь бесчисленными фресками на стенах, плавно переходящими в расписные потолки в стиле ренессанс. Прекрасные картины дополнял пол из гранита и мрамора и стеклянные двери, за которыми угадывался балкон, выходивший прямо на Гранд-канал. Посреди гостевой зоны расположились три кожаных дивана цвета морской волны, на которых со всеми удобствами можно было наслаждаться пестрым величием карнавала.

– Невероятно. – Эванджелине не хватало слов, чтобы передать свой восторг.

Палаццо Винченцо принадлежало его семье со времен Медичи, но оно и в подметки не годилось этому месту. – Я и не догадывалась, что в Венеции до сих пор можно найти нечто подобное.

– Ну, от дождя здесь действительно неплохо прятаться.

– Я уже завидую владельцу этого места. Тебе повезло, что он согласился тебе его сдать.

Мэтт как-то странно на нее взглянул:

– Я обязательно передам ему твои слова.

– Ты распоряжаешься на всех трех этажах или только на этом?

– На двух верхних.

Внизу еще не закончена реставрация, но это не важно. Спальня все равно наверху. Хочешь взглянуть?

– Так за этим ты меня сюда и затащил? – насмешливо улыбнулась Эва. – Должна признаться, твой план отлично сработал. Я не только мечтаю осмотреть весь дом, но и побыстрее сбросить надоевшее платье.

Она уже шагнула обратно к лестнице, но Мэтт поймал ее за руку и, заставив развернуться, пристально посмотрел ей прямо в глаза.

– Энджи, я привел тебя сюда не просто для того, чтобы раздеть. Когда я сказал, что здесь не будет никаких правил, я хотел сказать, что ничего от тебя не жду.

Если захочешь, мы будем разговаривать всю ночь напролет до самого рассвета. Все что угодно, если это покажется правильным.

– Мэтт…

Больше она ничего сказать не сумела. Как же он отличался от привычных ей людей! В нем был какой-то намек на уязвимость, который неумолимо привлекал ее к себе. Глубина, сдержанность… Как же это не похоже на тех мужчин, с какими раньше ее сталкивала судьба. Стоило им чего-то захотеть, и они сразу же брали желаемое.

Но только не Мэтт. Он до сих пор оставлял выбор за ней, даже несмотря на то, что она сама весь вечер на него вешалась. Она была не просто напитком, способным утолить жажду, но и собеседником. Очень необычно. И соблазнительно.

Она еще раз прошептала его имя.

– Я не против ночных разговоров.

Она никогда не любила долгих разговоров, а теперь и подавно, ведь от одного звука собственного голоса ей становилось дурно.