Жена моя, королева

Будучи принцессой, а потом королевой, Лейла не знала поцелуев, не знала никаких ласк. И страдала от отсутствия опыта, стыдилась своей невинности. Она не могла наслаждаться его поцелуем. Она чувствовала давление его могучего, длинного мужского оружия на свое бедро, и содрогалась, и молилась, чтобы он воспользовался маслом.

Она подняла ночную рубашку.

– Не надо спешить.

Завиан откинул голову назад. Он хотел продолжать целовать ее, чтобы она успокоилась хоть немного, получила хоть немного удовольствия.

И услышал ответ, сказанный слабым голосом:

– Я хотела бы, чтобы это кончилось поскорее.

«Что ж, пусть будет так», – подумал Завиан и спросил себя, будет ли совсем неприлично, если он призовет наложницу в свой медовый месяц?

Он любил секс, и ему всегда было мало. Но эта бойкая производительница, которая легла с ним в постель исключительно из деловых соображений, совершенно не походила на ту полную желания женщину, которую он готовил за ужином к брачной ночи.

Если она хочет отделаться поскорее, что ж, он тоже этого хочет. Он не эгоист.

Завиан погрузил пальцы в золотое блюдо у кровати и смазал маслом ее нежную розовую кожу. Ее теплота добавила ему злости. Но свой долг он исполнит.

Лейле показалось, что то, что пугало ее своей длиной, стало еще длиннее, и ее горло сжалось. Она почувствовала его руку там, внизу, и ее почти замутило. Он увидел ее полный ужаса и восторга взгляд и, вытянув пальцы, ласково погладил и стал ласкать ее.

Ей захотелось сжать ноги, избавиться от его прикосновений. Все это неправильно – этот секс, эти ласки, прикосновения. Все это он потом будет дарить кому-то другому.

– Теперь ты смажь меня маслом.

Ему нравилось ласкать ее, чувствовать под пальцами ее влажную кожу, а она чувствовала легкие, настойчивые надавливания, от которых у нее словно щекотало где-то в желудке. Она опустила пальцы в масло.

Об этом Бейджа ее не предупредила. Не предупредила, что и ее пальцы должны стать шелковисто-жирными.

Она не хотела прикасаться к нему. Но, может быть, потом это ей поможет? Она заставила себя это сделать. Быстрыми движениями дрожащих пальцев смазала мужской орган по всей длине, отвернувшись, чтобы не видеть, как он огромен.

– Еще.

Он продолжал ласкать ее. В ее желудке и ногах появилась какая-то тяжесть, и это не понравилось Лейле. Ей не нравились эти непривычные ощущения, эта странная слабость, эта пустота в голове.