Дочери мертвой империи

Девушка лихо пришпорила коня.

– Нет, езжай в лес! – Я тяжело дышала ей в плечо. – По дороге нам от них не оторваться.

Анна кивнула и развернула Буяна. Она приникла к его шее и пришпорила коня пятками: Буян сорвался в галоп. Он скакал гораздо быстрее, чем я ожидала от своего старичка. Моя попа ритмично подлетала в воздух и ударялась о его круп. Ноги скользили по его гладким бокам, и я отчаянно пыталась удержаться. Анне же быстрая езда явно давалась проще. Я постаралась скопировать ее позу и плотнее прижала колени к ходящим ходуном бокам коня.

Воздух пронзил громкий звук выстрела.

Мы с Анной вздрогнули от испуга. Пуля пролетела мимо нас и попала в дерево впереди; щепки брызнули в стороны, словно искры. Амбар остался позади. Я обернулась посмотреть, как далеко были солдаты, и удивилась: они бежали совсем в другую сторону. К лошадям. За нами следовал только Юровский. Он поднял винтовку, прицелился и снова выстрелил.

Пуля пролетела совсем рядом, жужжа, как оса.

– Быстрее! – крикнула я Анне и Буяну.

Юровский выстрелил еще раз, а потом мы нырнули в спасительную гущу деревьев.

Конечно, лес не был столь непролазным, чтобы мешать Буяну двигаться, но скакать галопом он больше не мог. Мы продирались сквозь кустарник, то и дело пригибаясь и уворачиваясь от летящих прямо в лицо веток. Сидящей впереди Анне доставалось больше всего. Буяну тоже, поэтому он пытался замедлиться и не понимал, почему мы безжалостно гоним его вперед. Но Анна не давала ему передохнуть.

– Там есть тропинка, – указала я в нужном направлении, и Анна повернула Буяна.

Уж в лесу, сколь бы шустрыми ни были лошади, те солдатам не помогут. Однако мы оставляли за собой очевидный след, и по нему нас рано или поздно обязательно нагонят.

Интересно, что мой старший брат, Лев, чувствовал перед смертью? Так же ли он бежал от погибели, гонимый вражескими солдатами? А может, он чувствовал тот же непреодолимый страх? И может, его последние мысли были тоже о семье?

Ну уж нет! Я не умру.

Нам просто нужно хорошенько спрятаться. Я всенепременно вернусь домой, к маме, Косте, и предупрежу их об опасности. Белые могут убить Костю, если узнают, что тот служил в Красной армии. Я покинула свою семью ради заработка и теперь должна исполнить долг верной дочери: вернуться и защитить их. А Анна может присоединиться к белым, как, вероятно, того и хотела, мне все равно.

– Впереди есть место, где мы можем укрыться, – сказала я Анне.