Реактор. Черная быль

Реактор. Черная быль

Олег Александрович Якубов

Это книга не только о Чернобыльской катастрофе, но, прежде всего, о том, как Чернобыль прошел через судьбы людей, корежа их, ломая, испытывая на прочность, а самых сильных – закаляя. В бытность свою репортером, автор несколько месяцев проработал в Чернобыле. Он единственный журналист, которому удалось побывать внутри разрушенного четвертого энергоблока. Среди многочисленных государственных и общественных наград писателя особое место занимает медаль «Участнику ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС».

Содержит нецензурную брань.

Олег Якубов

Реактор. Черная быль

Пролог

– Профессор, он проснулся! Проснулся! – кричала что есть сил медсестра, и эхо ее звонкого голоса разносилось по длинному и гулкому коридору госпиталя.

– Тише, деточка, тише, – попытался урезонить ее профессор. – Не знаю, кто там у вас проснулся, но вы сейчас всю больницу точно разбудите.

– Ну как кто? – недоуменно переспросила медсестра.

– Какой еще Электроник? – уже не на шутку рассердился профессор Левин. – Извольте, голубушка, выражаться ясно и точно, вы в конце концов медработник, а не торговка базарная, чтобы голосить тут истошно. – И словно устыдившись излишней резкости, добавил уже вполне миролюбиво: – Выкладывайте по порядку, что случилось и какой-такой проснулся Электроник, что об этом надо кричать во весь голос.

– Так это, Геннадий Семенович, мы про себя того, что в колбе, так называем.

– Это вы, в силу своего весьма юного возраста, детские фильмы пока еще смотрите, а я про этого Электроника только со слов внука знаю. – Профессор внезапно запнулся и снова строго спросил: – Погодите, погодите, это вы что, Гелия Леонидовича Электроником прозвали?

– Ну да, его, – смущенно подтвердила медсестра. – Я же говорю, проснулся он…

– Быть такого не может, ему спать еще как минимум часа четыре.

Больной лежал в прозрачной капсуле, сплошь обмотанный и обвешанный трубками, шлангами, всевозможными медицинскими приборами и датчиками. Он не шевелился, но смотрел вверх широко открытыми глазами.

– Что ж вам не спится, Гелий Леонидович? – недовольно пробурчал профессор, но увидев, что больной шевельнул губами, мгновенно запротестовал: – Не отвечайте, голубчик, не отвечайте.