Дочери мертвой империи

Я осталась сидеть у всех на виду и с каждым вздохом начинала нервничать все сильнее и сильнее. Юровский был не так далеко.

Группка детей подошла на меня поглазеть. Они задавали вопросы, а я молчала и улыбалась. Женщины проходили мимо, кидая подозрительные взгляды.

– Ты потерялась? – спросила одна из них, узколицая, с корзиной капусты в руках.

Я не ответила.

Женщина поставила корзину на землю и недовольно скрестила руки на груди:

– Не разговариваешь, что ли?

– Я не потерялась, спасибо. Просто жду подругу, она в доме.

– Какую подругу? Я никого не вижу. Ты откуда? В гости приехала?

Крестьянка подошла поближе и стала с интересом разглядывать мою одежду. Дети продолжали крутиться рядом, подслушивая.

Слишком много внимания, и все из-за Евгении: она задержалась дольше обещанного. Я начала сильно нервничать. Несмотря на то что женщина выглядела довольно дружелюбно, все же стоило поостеречься: чем меньше людей меня увидят, тем лучше.

– Да, моя подруга должна вернуться с минуты на минуту, – сказала я.

– Говоришь как городская, – продолжала настойчиво расспрашивать она. – Откуда ты?

Раздался спасительный скрип закрывшейся калитки: Евгения наконец-то вернулась. Она тут же узнала любопытную женщину и обменялась с ней любезностями. Все было хорошо, пока она вдруг прямо не заявила, что я всего лишь путница, которую она подобрала по дороге.

Я аккуратно пнула ее по ноге. Ладно, может, не слишком аккуратно.

Евгения развернулась.

– Осторожнее! – с возмущением рявкнула она.

– Нам нужно ехать, – напомнила я полушепотом.

Евгения скривилась, словно съела лимон, попрощалась с женщиной и, забравшись на облучок, вновь взяла поводья.

– Ты на целую вечность пропала, – добавила я со сквозившим в голосе обвинением, – а говорила, что мигом.

– Не так долго меня не было.

– Эта женщина задавала столько вопросов…

– А почему ей их не задавать? Ты что-то скрываешь? – воинственно спросила она. Я не ответила, и Евгения наградила меня долгим взглядом, полным подозрения.

Я уже привыкла, что Евгения порочит мое имя, но это было что-то новенькое.

– Что-то случилось у председателя?

– Ничего не случилось, – буркнула она. – Я просто опомнилась. Мы с тобой теперь должны быть на равных, но ты прячешь драгоценности. А я тебе помогаю. – Она покачала головой.

– Эти драгоценности, – процедила я сквозь зубы, – все, что осталось у меня от моей семьи.