Дочери мертвой империи

Я и так рискую…

– Не Екатеринбург, – перебила она. – Мне нужна другая станция. Я не могу вернуться в город.

– Ты сказала, тебе нужно на ближайшую станцию.

Именно поэтому нельзя верить красивым сказкам, которые рассказывают подозрительные незнакомцы.

– Неужели нет какого-нибудь полустанка, где я могла бы сесть на поезд?

– Город ближе всего! Не повезу же я тебя до Нижнего Тагила!

– А если на юг? Я хочу добраться до Челябинска.

Ну конечно! Челябинск. Город под контролем белых.

Но добираться туда несколько дней.

Бриллиант ускользал из моих рук. Эх-ма, я должна была знать, что такого красивого камня мне не получить. Если мы хотели что-то купить, моей семье приходилось копить деньги и много работать, как и всем крестьянам. Глупая, раз решила, что богатство просто свалится на меня с неба.

– Пожалуйста, – умоляюще произнесла девчонка. – Я не могу здесь оставаться, и вижу, что тебе понравился мой бриллиант. Можем что-нибудь придумать. Ты уверена, что мне больше негде сесть на поезд? И никак иначе не добраться до Челябинска, не возвращаясь в город?

Ее ровный голос заставил меня остановиться, выдохнуть и призадуматься.

– Почтовая карета, – сказала я. – Она проезжает через Исеть, самый крупный поселок поблизости. Но там ни у кого нет денег. Бриллиант можно обменять только в убыток. Но я подозреваю, что это не единственный твой самоцвет, так? – Я дернула подбородком в сторону ее груди.

Девчонка напряглась:

– Нет. Я показала тебе мой единственный камень.

Это все, что у меня есть.

– Тогда как ты собиралась покупать билет на поезд?

Она не ответила.

– Так я и думала. Отдай мне бриллиант, и я помогу тебе продать другой самоцвет в Исети. Много не получишь, но хватит, чтобы сесть в карету. И я возьму два рубля за сделку. Идет?

Она сжала губы, явно недовольная. Но если у нее есть хоть капелька здравого смысла, она согласится.

Я ждала. Иногда покупателям нужно время, чтобы принять озвученную цену.

– Хорошо, – твердо сказала она и положила бриллиант мне в ладонь.

 – Я принимаю твои условия.

Глава 3

Анна

Торговку звали Евгения Ивановна Кольцова. Крестьянка шестнадцати лет от роду, на год младше меня, но явно более зрелая, раз путешествовала одна, несмотря на войну. Четыре дня назад в Екатеринбурге мы с семьей слышали вдалеке грохот артиллерийского огня. Белая армия подступала все ближе. До самого конца родители были уверены, что нас спасут.