Каждый дар – это проклятие

От реального мира здесь только звуки рыданий. Единственная дверь находится в противоположном конце длинного коридора.

Единственный выход – идти вперед.

Мы идем дальше, мимо картин, мимо лакированных кресел и столиков с резными ножками. Все это слишком маленькое и слишком вычурное. Я слышу едва заметное тиканье и подхожу к небольшим позолоченным часам, самодовольно стоящим на каминной полке.

Аарон берет часы в руки.

– Настоящее золото, – говорит он. – Можно забрать и продать.

– Глупая идея.

Он хмурится, ставя часы на место.

– Вообще-то я и не собирался их брать.

Мы доходим до конца коридора, где плач становится громче. Рядом с дверью висит еще один портрет. С единственной знакомой фигурой. Женщина в длинном платье, с немного нечеловеческим выражением лица. У ног ее сидит собака. Домохозяйка.

– Ты тоже ее видишь? – бормочет Аарон.

Я киваю, и мы оба на какое-то время замолкаем, разглядывая картину.

– Ну вот, – говорю я наконец. – Мы ждали ее все это время и теперь увидели здесь.

Я делаю шаг вперед. Касаюсь масляных мазков.

– Наверняка она здесь давно.

– Да, – говорит Аарон. – Может, поэтому до сих пор не пришла за нами. Может, она устала.

– А может, и умерла.

– Не надейся, Чэмберс. Надеяться опасно.

Я отхожу от картины, и мое зрение немного расплывается, как это бывает, когда медленно отдаляешь от глаз картинку-загадку с цветными пятнами. На мгновение Домохозяйка кажется трехмерной, как будто выходящей из рамы.

– Ты готов? – спрашиваю я.

– К чему?

– К тому, что будет по ту сторону двери.

– Что-то мне подсказывает, что не важно, готов ли я, – говорит он.

Я открываю дверь, готовая к чему угодно, и вижу еще один, более длинный коридор. Такое же вытянутое пространство, соединяющее между собой разные комнаты, но совершенно другого стиля, более современного.

Мы еще не переступили порог. Мы просто наблюдаем, не решаясь покинуть коридор с портретами.

– Смотри, – показывает Аарон на двери. – На ручках маленькие устройства для считывания ключей-карточек. Это отель.

– Это Ложа, – отвечаю я.

Мы некоторое время размышляем, стоит ли нам повернуть назад, рассказать об этом другим, разработать план.