Камень Грёз

И Эвальд повернулся и пошел прочь с тяжелой думой. Вероломство закралось в его душу, но завещание Кервалена удерживало Эвальда, дабы тот никогда не повторил поступков своего кровного отца. Но сейчас он был на грани того, чтобы собрать своих людей и ехать прочь, несмотря на слово короля; и Барк, сын Скаги, поспешил к нему, заметив грозовые тучи в его глазах, устремленных на кровавое поле боя и разор, что творился там.

– Брат, – окликнул его король.

Эвальд остановился и повернулся, скрывая гнев.

– Да, мой господин.

– Я не хочу рассеивать своих людей, раскидывая их кого туда, кого сюда. И без моей на то воли ты не покинешь это место.

– Кер Велл был укрытием для твоего брата и крепостью, удерживавшей твоих врагов. Теперь он стоит на пути Ан Бега и Кер Дава, мешая им вернуться домой. Мой управляющий – отважный воин и мог бы сразиться с ними, но с ним осталось слишком мало людей. Я прочесал свои владения, отдав тебе всех и каждого, кто мог держать оружие в руках. Теперь угроза нависла над Кер Веллом, и что тебе в том, если Кер Велл падет? Ты потеряешь всю долину Керберна – и отвоевать ее будет непросто, господин король.

Но даже эта речь оставила короля бесстрастным.

– Не хочешь ли ты нарушить мой приказ, брат?

Эвальд задохнулся, и на мгновение разум покинул его. И поле, и король, и советники – все поплыло в кровавом тумане. Они стояли под разрушенными стенами Дун-на-Хейвина: черные птицы сидели на камнях. На поле уже начал возникать лагерь – ставили палатки, несколько ярких с зеленым и золотым, но больше грязно-коричневых – среди убитых и стонущих раненых.

Люди уносили трупы, не забывая грабить их, чем могли помогали раненым, добивали безнадежных, а также павших врагов. Таков был закон королевской войны – эти звуки и вонь мешались в голове, и становилось сложно отделять достойные поступки от недостойных. Меч Эвальда был вложен в ножны, но рука его лежала на перекрестии; кровь затекла в его перчатку и засохла меж пальцев – и у него не было времени посмотреть, своя или чужая. Он думал лишь о своем доме, и взгляд его был мутен.

– Так ты подчинишься, – спросил король, – или нет?

– Королю известно, что я предан ему.

– Тогда пойдем. Обсудим наши планы, теперь же.

Эвальд задумался, не спуская глаз с Барка, юного сына Скаги. Барк подчинится ему и сделает это с радостью. И они станут ослушниками короля, и тот отныне станет преследовать их по закону.