Смерть на охоте

По пути к двери я поправила на голове чепец – все еще чувствовала себя странно от того, что работаю в обычной одежде, а не в униформе горничной. Я прекрасно понимала, что нужно держаться уверенно и контролировать эмоции, – отец часто рассказывал о буйном нраве и трудном характере огненно-рыжих шотландцев.

Служебная дверь была наполовину из стекла, я увидела за ней на крыльце стройную девичью фигурку и подумала, что вряд ли это Джок Камерон, который, как вчера ночью сообщил нам Рори, будет поваром в охотничьем домике.

Передо мной стояла молодая женщина – лет двадцати пяти на вид – с черной кудрявой гривой волос и в накинутой на плечи шали из шотландки. Смотрела она на меня крайне недружелюбно.

– Здравствуйте… – смущенно пробормотала я.

– Сузан, – буркнула женщина.

– Сьюзан? Вас так зовут? – переспросила я озадаченно.

– Ай[11 - Ай – «да» по-шотландски. (Примеч. пер.)], Сузан, тутошняя помогальщица. Вам говар-ривали, я захожу р-разное поделывать?

Я попыталась продраться к смыслу высказывания сквозь акцент, странное словообразование и причудливый синтаксис, но не слишком в этом преуспела, а потому просто улыбнулась и распахнула перед ней дверь пошире.

– Я Эфи… то есть мисс Сент-Джон. В данный момент выполняю обязанности экономки.

– В момент – значится, понарошку? Такоже помогальщица? Навроде как я, что ли? – Бесцеремонно толкнув меня, женщина вошла в дом. – Чую, Джок уже завтрак поделывает. Прихватить кой-чегой с собой пойду. – Она проворно устремилась в лабиринт коридоров для прислуги.

Я не сомневалась, что лабиринт этот не такой страшный и запутанный, как кажется, – наверняка разобраться в поворотах будет легко, – но накануне у меня хватило сил отыскать дорогу только до постели, так что теперь, шагая за Сьюзан, я не могла чувствовать себя хозяйкой положения.

По мере того как мы продвигались в глубь дома, ароматы готовящейся еды усиливались. Еще парочка шагов – и мы очутились на кухне. Она была чем-то похожа на владения миссис Дейтон, но при этом и сильно отличалась – такая же просторная, только здесь царил полумрак и было слишком жарко. С одной стороны выстроились в ряд огромные старинные печи, с другой стоял большой стол.