Что не убивает

На этот раз не было объятий – не сбавляя шаг, он кивнул работникам общепита, те поздоровались с ним в ответ, и он направился к Саше и Кире.

– Не возражаете? – Он сел за их столик. – Дим, мне двойной эспрессо, яичницу из четырех яиц и овощной салат, – сказал он официанту. – И воды без газа.

– Как впечатления? Понравилось? – спросил он у Сашы и Киры. – Едете с нами в Казань?

– Да, – ответила Кира.

– Влад Черный, – представился он.

– Кира.

– Саша.

– Дженис ездит аккуратно. Быстрая, но меру знает.

Саше рассказ не понравился. Он вновь узрел собственную смерть: себя, вылетающего из седла со скоростью семьдесят километров в час, без защиты, без шлема, – тут и КАМАЗ не нужен, вероятность летального исхода близка к ста процентам.

– Ему было тридцать пять, – продолжил Вождь. – Знаете, что он сказал за день до аварии? «Когда мне будет семьдесят, сяду на байк, разгонюсь до двухсот – и все.

Вождь сделал паузу.

– Теперь старость ему не грозит, – прибавил он.

– Смысл жить есть всегда. Не старость страшна, а бесцельность, – сказала Кира. – Шварценеггер в свои семьдесят играет в кино, Мик Джаггер выступает на сцене в семьдесят пять, Клинт Иствуд в восемьдесят шесть снял «Чудо на Гудзоне».

Вождь кивнул:

– Мне нравится то, что ты сказала, правильные слова.

– А у вас какая цель? Не езда же на байке?

Вождь не каждый день слышал такие вопросы. Он с интересом смотрел на Киру – что за девушка?

– Байк – не цель, это образ жизни, – сказал он. – А цель… У меня есть сын и есть дочь, я помогаю им стать людьми. Я живу, воспитываю их и получаю удовольствие от жизни. Позвольте спросить – с какой целью вы едете во Владик?

Он смотрел Кире в глаза острыми карими глазами.

– Мы станем сильней.

Вождь перевел на него взгляд:

– Все хотят стать сильней. Я – тоже. Когда-то я был хилым робким парнем, которого все били, а девушки игнорировали. Сейчас мало кому хочется драться со мной, и у меня красивые дети от красивой матери. Байк – часть моей силы, он часть меня.

– Познакомились с ребятами? – Вождь сменил тему.

– Они не рвутся знакомиться, – сказал Саша.

– Вы для них чужаки.