Коварство любви

В глазах пожилой дамы зажглась искорка интереса, но не успела она ничего добавить, как Калли продолжила:

– Что плохого в лорде Бромвеле? Что такого ужасного в том, что я была с ним?

– Ты не должна оставаться на террасе наедине с каким бы то ни было мужчиной, – отрезал Рошфор.

– А почему ты заявляешь, что он никогда не будет моим поклонником? – не сдавалась девушка. – Почему ты вскричал «Ты!», когда заметил его со мной? Почему его кандидатура кажется тебе особенно неподходящей?

Долгое время герцог хранил молчание, потом, пожав плечами, заявил:

– Этот человек мне не друг.

– Что? – Калли удивленно вскинула брови. – Он тебе не друг? Значит, я не могу выйти замуж за кого-то, кто не имеет счастья быть твоим другом? Так за кого бы ты хотел выдать меня? За одного из твоих напыщенных старых приятелей-ученых? За мистера Стретвика, может быть? Или за сэра Оливера?

– Проклятье! Калли, тебе отлично известно, что я не это имел в виду, – вымученно ответил Рошфор.

– Нет, не известно! – запротестовала она. – Я вообще чувствую, что совсем тебя не знаю. Никогда бы не подумала, что ты можешь повести себя столь деспотично и неуважительно к моим чувствам.

– Неуважительно? – в изумлении повторил он. – Как раз наоборот! Я очень о тебе беспокоюсь.

– Тогда почему ты называешь этого мужчину неподходящим? – настаивала девушка. – Он из неблагополучной семьи? Или его титул недостаточно высок?

– Нет, конечно нет.

– Может, ты считаешь, что он всего лишь охотится за моими деньгами?

– Нет. Он довольно состоятелен, насколько я могу судить. – Губы Рошфора сжались в тонкую линию.

– Граф Бромвель считается завидным женихом, – вмешалась герцогиня. – Он, разумеется, не герцог, но их так мало осталось в наши дни. Никто же не заставляет тебя выходить замуж непременно за члена королевской семьи. Граф вполне подходит на роль твоего мужа, к тому же он из древнего уважаемого рода.

– Да, дальним, – вынужден был согласиться Рошфор. – Проблема не в его генеалогическом древе.

– А в чем же тогда? – воскликнула Калли.

Герцог переводил взгляд с бабушки на сестру и обратно. Наконец он пояснил:

– Это старая история. И совсем не имеющая значения. – Он сжал челюсти.