Сердце призрака

Может ли то, что не позволяет ему играть, каким-то образом помешать ему раскрыть правду о проклятии?

– Лукас сказал, что ты был…

– Насчет этого юноши, – начал он, вспоминая имя Лукаса, которое привело его в чувство. – Крайне важно запретить ему и всем остальным приходить в поместье.

– Лукас хотел помочь. И, если ему хоть что-то известно о происходящем сумасшествии, я не понимаю, почему…

– Потому что! – проорал он, поднявшись со скамьи. – Когда ты привела его в этот дом, то разожгла огонь в погребе, полном бочек с порохом!

Я пристально смотрела Эрику вслед, пока он шел обратно к камину и остановился там.

Оттолкнувшись от скамьи, я приблизилась к его темной фигуре.

– Эрик, – сказала я, пока он настойчиво продолжал молчать. – Я… я хочу тебе помочь.

И я помогла, когда приняла его жуткую боль на себя.

Он посмотрел на меня с серьезным выражением лица.

– Я больше тебя не боюсь.

Секунды, на протяжении которых мы стояли как разведенные мосты, длились вечность. Мы словно хотели выговориться друг другу обо всем, что причиняло нам дикую боль, но все же не смогли подобрать нужные слова.

– Причина, по которой ему не стоит возвращаться, – ответил Эрик, снова приблизившись ко мне, – то, что я не могу его контролировать. – Он протянул руку, чтобы коснуться моей щеки костлявыми пальцами. – Не сейчас, когда я не могу тебя защитить.

Когда до нежного прикосновения его ладони оставались считаные секунды, мой сон оборвался.

Стрелки часов показывали 12:45. Это означало лишь одно – я спала меньше часа.

Затем мой взгляд скользнул мимо часов и уставился на фигурку ангела, которая принадлежала моей маме. Именно поэтому спустя какое-то время я вернула ее на свое место.

Два дня назад, до первой встречи с Эриком, войдя в комнату, я увидела, что статуэтка пропала.

В тот момент я решила, что это сделал мой отец. Чарли была слишком мала, чтобы дотянуться до моего комода. Однако теперь я начала сомневаться в своей теории, потому что папа никогда не заходит в мою комнату и, тем более, не переставляет мои вещи без спроса.

Все эти происшествия, загадочные сны, безмолвные могилы и трагические истории могли свести меня с ума, если бы я позволила.