Петля реки времени. Роман

Эти на посту спать не будут. К тому же, если это специальные подразделения, то хорошо обучены, а значит, к ним труднее подобраться.

После некоторой паузы Игорь толкнул локтем Серёгу, протягивая бинокль.

– Смотри, вон второй, из-за угла вышел. Похоже, ходит вокруг сарая.

– Как узнать, там ли ребята? – Сергей оторвался от «цейса». – Может, фрицы охраняют сарай с техникой.

– Во-первых, танк или самоходка в этот сарай не влезет. Да и на кой ляд диверсантам или разведчикам, а это, скорее всего, они, танк? В лучшем случае, используют бронетранспортёр для пехоты «Ханомаг», но это вряд ли.

Во-вторых, какая-то техника угадывается в тумане за домом. Видишь, чуть правее. Это однозначно не танк и не «Ханомаг», поверь мне. На грузовик похоже. Наверное, рядом и мотоцикл. Интересно, где остальная солдатня, офицеры, мать их яти?

– По хатам. Только сопят в две дырки ещё, двоеточие им в нос, – предположил Сергей.

– Тогда, почему у остальных домов не наблюдалось часовых? – Игорь был слегка озадачен.

– Думаю, до хат, где фрицы на постое, мы не дошли.

– Или, как вариант, в деревне лишь разведгруппа, всего человек пять-семь, ну, может, десять. – Далее Полковник предположил, что двое на посту, остальные дрыхнут в доме. Вероятно, решили тут переночевать, предварительно допросить Генку с Лёхой и утром двинуться к месту дислокации основного подразделения. Было любопытно, как немцы отреагируют на современные паспорта и деньги? Если сейчас что-то не предпринять, брата с Денисовым скоро увезут в неизвестном направлении, и пиши – пропало.

Если они в этой деревне вообще, и в этом сарае, в частности. По мнению Николишина, надо рискнуть.

Игорь наморщил лоб и снова зашептал:

– Пока обходящий будет за сараем вне зоны видимости, оглушаем любителя кофе. – Полковник оценивающе посмотрел на палку толщиной в руку, которую прихватил из первого дома. – Когда второй выходит из-за угла, также гасим и его. Неожиданность – наше преимущество.

Главное, чтобы от удара они не заорали. Остальные проснуться – нам хана.

– Бляха-муха! Если удар не рассчитаем? Я людей, никогда… – замялся Сергей.

– И я никогда! Мы сугубо мирные люди, но, как говорил Камю, война заставляет нас становиться тем, чем мы никогда не были.

Серега попытался возразить:

– А Клаузевиц сказал, что на войне всё просто, но самое простое в высшей степени трудно. Наверное, он имел в виду, в первую очередь, убийство.