Я тебя придумала

Но для Грея это было слишком просто. Сначала медленная сладкая пытка. Он нежно целовал, ласкал и покусывал губы Шарлотты, заставляя ее стонать и сжимать тонкими пальцами его плечи в поисках опоры в мире, который вдруг стал таким зыбким. Единственной реальностью сейчас были губы Грея и его сильные умелые руки, скользящие по ее телу.

Глаза Грея оставались открытыми, словно он с внимательным интересом ученого наблюдал за тем, как Шарлотта реагирует на его ласки.

А потом он закрыл глаза и полностью отдался этому безумному поцелую.

Грей сам не понимал, что с ним происходит. Он даже не думал, что этот поцелуй так захватит его. Это должен был быть всего лишь небольшой тест. Грей и представить себе не мог, что Шарлотта так жадно и страстно ответит. Он также не предвидел реакцию собственного тела на ее близость. Грей предпочел списать это на то, что у него давно не было женщины.

Подхватив Шарлотту на руки, Грей посадил ее на край стола. Она не протестовала, если, конечно, стоны и вздохи, которые она издавала, не были звуком протеста.

Обычно Грею удавалось преодолеть себя и, заботясь о партнерше, превратить свою страсть в нежность. Но сейчас его желание было слишком сильно! С ее губ сорвался тихий стон, когда он проложил поцелуями дорожку к ее шее, лаская кончиком языка нежную кожу. Руки Грея скользнули под ткань блузки и нашли скрытые за тонким кружевом холмики груди.

Внезапно Шарлотта отстранилась.

– Достаточно! – выдохнула она. – Грейсон, остановись!

В ответ Грей тихо застонал и спрятал лицо в ее волосах, изо всех сил пытаясь успокоиться. Он чувствовал, что и сама Шарлотта дрожит, едва сдерживая обуревающую ее страсть.

– Давай не будем сходить с ума. Я не говорю «нет», – прошептала она ему на ухо. – Я говорю «не сейчас».

Грей заставил себя отступить на несколько шагов, надеясь, что расстояние вернет ему разум.

– Что это было? – хрипло спросила она.

– Хочешь услышать общую лекцию по биологии и биохимическим реакциям, которые протекают в человеческом теле, стимулируя сексуальное желание? – все еще тяжело дыша, поинтересовался Грей. – Или просто обобщим и скажем, что уровень дофамина достиг максимума, резко усилилось выделение адреналина…

– Хочешь сказать, это был лишь биологический ответ наших тел на сексуальную стимуляцию? – пробормотала она, поправляя блузку. – Ничего более.

– Именно.