Зима в Мадриде

Военнопленных содержат в отдельном лагере, рядом с Куэнкой.

Барбара обвела взглядом гостей. Женщины окружили важного чиновника из Министерства снабжения и требовали, чтобы тот достал им нейлоновые чулки. Сегодня вечером она видела новую Испанию в ее худших проявлениях, жадную и коррумпированную. Сидевший во главе стола Сэнди улыбался всем присутствующим, снисходительно и саркастически. Такого рода уверенность в себе дает обучение в частной школе. Вдруг Барбару поразила мысль, что, хотя ему всего тридцать один, в рубашке с галстуком-бабочкой, с усами, с напомаженными и зачесанными назад волосами, Сэнди выглядит старше лет на десять.

Она повернулась к Маркби и тяжело вздохнула:

– В этом нет смысла. Берни погиб.

– Да, если он был при Хараме, вероятность, что он выжил, крайне мала. И все же никогда не знаешь. Попытка не пытка. – Журналист улыбнулся ей.

«Он прав, – подумала Барбара, – надо использовать даже малейший шанс».

– Его звали Бернард Пайпер, – быстро проговорила она. – Он был рядовой. Только…

– Что?

– Не возбуждайте ложных надежд.

Маркби посмотрел на нее пытливым журналистским взглядом:

– Мне бы не хотелось делать этого, миссис Форсайт. Шансы крайне малы. Но стоит попробовать.

Барбара кивнула. Маркби снова оглядел компанию – смокинги и изысканные платья вперемежку с военной формой, – потом обратил внимательный оценивающий взгляд на Барбару:

– Вы теперь вращаетесь в иных кругах.

– Меня отправили работать в зону, находившуюся под контролем националистов, после того как Берни… пропал. Там я познакомилась с Сэнди.

Маркби кивнул на гостей:

– Друзьям вашего мужа может не понравиться, что вы интересуетесь судьбой военнопленного.

– Да, – поколебавшись, сказала Барбара.

– Предоставьте это мне, – ободряюще улыбнулся ей журналист. – Посмотрим, смогу ли я что-нибудь узнать. Entre nous[20 - Между нами (фр.).].

Она посмотрела ему в глаза:

– Сомневаюсь, что из этого у вас получится материал.

– Пользуюсь любой возможностью помочь собрату-англичанину, – пожал плечами Маркби.

Он улыбнулся милой, до странности невинной улыбкой, хотя, конечно, вовсе не был невинен.

«Если он найдет Берни и эта история всплывет, для меня здесь все закончится», – подумала Барбара.

Она вдруг с изумлением поняла, что, если бы Берни оказался жив, остальное потеряло бы для нее всякое значение.