Суверен

Я полагал, что виной тому служит непривычное для Джека однообразие жизни, и рассчитывал, что поездка в Йорк заставит его встряхнуться. Но тут выяснилось, что, подобно многим уроженцам столицы, мой помощник исполнен самых нелепых предубеждений против севера Англии и его жителей. Как я уже упоминал, почти всю дорогу он беспрестанно сетовал, проклиная судьбу, забросившую его в подобную глушь. Ныне, на подступах к городу, Барак подозрительно оглядывался, словно ожидая подвоха.

По сторонам дороги начали появляться дома.

Справа от нас показалась древняя зубчатая стена, над которой поднимался высоченный шпиль. По навесной дорожке вдоль стены расхаживали солдаты, облаченные в железные шлемы и белые плащи, на которых красовались красные кресты королевских лучников. Впрочем, вооружены они были вовсе не луками и стрелами, а мечами и копьями весьма грозного вида. В руках у некоторых я заметил даже длинные фитильные ружья. Из-за стены доносился стук множества топоров и молотков.

– Полагаю, это и есть аббатство Святой Марии, где мы остановимся, – сказал я.

 – Судя по шуму, приготовления к приезду короля идут здесь вовсю.

– Мы заедем сюда, чтобы оставить поклажу? – спросил Барак.

– Нет, – покачал я головой. – Прежде всего мы должны повидать брата Ренна. А после отправимся прямиком в замок.

– Увидеть узника? – вполголоса осведомился Барак.

– Да.

– Аббатство неплохо охраняется, – заметил Барак, скользнув взглядом по многочисленным стражникам.

– Король отнюдь не уверен, что является желанным гостем.

После того что недавно здесь произошло, никакие меры предосторожности не будут лишними.

Я говорил совсем тихо, однако обрывки нашего разговора, как видно, долетели до человека, шедшего впереди рядом с лошадью, груженной мешками с зерном. Обернувшись, он бросил на нас любопытный взгляд. Барак недоуменно вскинул брови, и незнакомец поспешно отвернулся.

«Вполне может быть, это один из осведомителей Совета северных графств, – отметил я про себя. – Вне всякого сомнения, в Йорке их сейчас великое множество».

– Думаю, вам лучше надеть мантию стряпчего, – заявил Барак, оглядываясь по сторонам.

На фоне серого утреннего неба темнели силуэты башен кафедрального собора. Около огромных ворот теснились повозки и всадники, желавшие попасть внутрь. Сразу за воротами стена аббатства под прямым углом соединялась с городской стеной. Перед нами предстала массивная сторожевая башня, на которой красовался герб Йорка – пять белых львов на красном поле.