Снежные холмы

Водитель решил, что его пассажирка добралась до «Холмов» и сообщила о нем, но никто из наших о ней, то есть о вас, ничего не слышал. Я поехал по дороге и чудом нашел вас, – заканчивает он, говоря обо мне с теплотой в голосе. – А ведь все могло закончиться очень плохо.

Краснею из-за собственной глупости, и он, заметив мое смущение, разворачивается на пятках и добавляет:

– Одевайтесь и приходите на кухню.

Встаю с дивана, продолжая прикрываться одеялом, весящим килограмм десять, не меньше. Сажусь перед чемоданом, на котором уже нет дырявой черной пленки, и расстегиваю молнию.

В спешке вытаскиваю синие джинсы, свободный свитер кремового цвета и одеваюсь в считаные секунды. Решаю не доставать домашние тапочки, вязаные носки мне очень нравятся, хоть и немного покалывают. Достаю зеркало из косметички и с ужасом смотрю на собственное лицо. Нос и щеки неестественно красные, видимо, обморозила их, пока валялась в снегу. На лбу – большое бордовое пятно, которое при дневном свете будет выглядеть еще ярче, а на подбородке и шее – такого же цвета царапины. Господи, до чего прекрасный день…

Выхожу из комнаты и внимательно осматриваю широкий светлый коридор, соединяющий три темно-коричневые двери. На обеих стенах висят большие фотографии с изображениями снежных гор и улыбающихся лыжников. Под каждой фотографией имеется надпись.

«Вова, Стас, Кира и Макс. 2003 год», – читаю я под снимком с тремя мужчинами в ярких экипировках и черно-рыжим псом, гордо восседающим на куче снега.

Мое внимание прерывает тяжелый стук за очередной квадратной аркой, которая ведет к прихожей и, по-видимому, к кухне, откуда доносятся аппетитные запахи.

– Матерь Божья, я еле добралась до тебя! Если снег и правда будет валить всю ночь, нам придется очищать территорию целую неделю! – слышу я звонкий женский голос за стеной.

– А он будет валить, Свет, даже не сомневайся! – отвечает мужчина из кухни.

– Ну, знаешь, на носу открытие, а мы будем тратить… – говорит она, но тут же замолкает, заметив меня в коридоре.

 – Ой.

Пухленькая женщина в вязаной кофте на молнии и утепленном черном комбинезоне на широких лямках. Ее короткие темные волосы мокрые на лбу, круглое лицо красное от мороза, а тонкие губы накрашены ярко-сиреневой помадой.

– Как ты себя чувствуешь, милая? – спрашивает она, по-дружески дотронувшись до моего плеча. – Не болит голова? Ссадины на лице быстро пройдут, не переживай! Такую красоту ничто не испортит.