Катти Сарк – курс на будущее

Многие капитаны, приближаясь к этой считавшейся прoклятой зоне, соблазнялись мыслью о «кружном пути», но не настолько, чтобы реально осуществить такой манёвр. Большинству представлялось менее рискованным ждать, не двигаясь, в штилевой полосе, наблюдая за находившимися рядом в таком же положении противниками, а затем опередить их в быстроте реакции на первые же признаки приближения ветра и, поймав последний чуть раньше других кораблей, оторваться от них.

Кей рассудил иначе. Он взял северо-западнее, и через какое-то время узнал от вахтенного матроса, что шедший в нескольких милях позади «Файери Кросс» повернул следом за ним: капитан Робинсон разгадал замысел конкурента.

Но, как выяснилось в ближайшие дни, оба просчитались.

Дело в том, что пресловутая зона затишья не есть что-то стационарное – она сама перемещается над океаном, колеблется из стороны в сторону. Отклонившиеся от прямого курса «Ариэль» и «Файери Кросс» попали как раз туда, где в это время в 1866 г располагалась штилевая область – и лишились ветра.

А их никуда не свернувшие соперники быстро миновали потенциально угрожающие задержками воды и пошли дальше с попутными ветрами: ведь, если не считать возможных проблем у экватора, Атлантика, как правило, оказывалась для судов самым легкопроходимым участком чайного маршрута.

Таким образом, ситуация в гонке поменялась коренным образом: «Ариэль» шёл предпоследним, лишь чуть-чуть впереди упустившего нужный ветер «Тайпина».

Прошло ещё несколько дней – и сместившаяся в очередной раз штилевая область «накрыла» других участников гонки.

9 августа вперёд выбился «Тайпин», а вторым шёл «Файери Кросс». Теперь уже Робинсон выдал своим матросам двойную порцию рома!

Он рассуждал приблизительно так: «Сейчас наши шансы на выигрыш, может быть, даже выше, чем при отбытии из Фучжоу. «Тайпин» – это не конкурент, ему просто малость повезло, а у Кея с его «Ариэлем» севернее экватора никакого преимущества передо мной не будет: ветер-то мы используем одинаково…».

Но не успел Робинсон высказать это вслух, как океан снова подшутил над ним – и над капитаном «Тайпина» Мак-Кинноном тоже. У обоих судов внезапно обвисли паруса! Вокруг – плоская, ослепляющая под солнцем белым блеском водная гладь; ветер почти не ощущается, кильватерная струя за кормой едва различима… И вот уже оба клипера стоят рядом, обездвиженные и бессильные. Тем временем в 30 милях к западу «Ариэль» прямо-таки рванул вперёд.