Лицо войны

Потому что в войне побеждают не генералы, а солдаты, ступившие на территорию захватчика, втаптывающие в грязь чужой земли всю ту боль и горечь от потерь, которые довелось испытать за время пути, приближая долгожданный и, пожалуй, очень важный миг – падение на землю ненавистного вражеского штандарта.

– Все готовы? – поинтересовался я у группы, стоя спиной к заливу, лицом к уходящему сквозь туман за горы солнцу.

Кэп отдал мне один контейнер с РПГ, у него осталось еще два, зарядил гранату в подствольник. Пак поправил рюкзак с пехотными минами за спиной и приготовил жгут термитного шнура, которым при случае можно прожечь стену или дверь.

Вул выщелкнул из винтовки и проверил магазин, снаряженный спецпатронами. Такими десятимиллиметровую сталь можно пробить, не то что щит штурмовика. Бразаускас, Жебровски и Чухрай достали приборы ночного видения, стали закреплять в кронштейнах на шлемах.

Быстро темнело.

– Франц, – позвал Кэп и приказал: – Отдай мне ПНВ.

Взамен протянул ему контейнер с РПГ.

– Когда окажемся на строительной площадке, – сказал командир, – разделимся. Вул, на тебе периметр «серого дома». Вышки, часовые. Дэни, прикрываешь группе спину, наблюдаешь за окрестностями. Франц, работаешь со мной в паре. Чухрай, Пак и Жебровски идут в «серый дом», проделывают проход и выводят майора Гомез. Задачи ясны?

– Так точно, – отозвался хор голосов.

– Давай, Дэни, заводи.

Напряглись лица, сжались пальцы на пистолетных рукоятях.

– Это не больно. Но удивит.

Ничего не почувствуете, как окажемся дома.

Я повернулся к воде и надавил единственную кнопку на плоском черном корпусе устройства на ладони.

С треском порвалась ткань пространства перед нами. В лицо ударил яркий свет, вытесненная открывшимся порталом вода волной подкатила к ногам и пропала, снедаемая растущим вширь овалом, куда всех нас увлекло неведомой силой.

Волшебство – так бы сказал об этом Вул, иногда почитывавший фэнтези, будь он более разговорчив.

Миг, и я оказался на дне дренажной канавы.

Присел. Зачем ее здесь вообще проложили? Дожди в регионе случаются редко, кругом пустыня…

Рассуждения прервал Кэп, угодивший мне на спину. Сбил на землю. Впереди в канаву упали Вул и Пак. Я быстро встал на одно колено, оглянулся. Чуть дальше за нами с Кэпом на ноги приземлились Чухрай с Жебровски. А вот Франц Бразаускас, гроза врагов, известный ворчун и приколист, рухнул на угол площадки, в аккурат перед расчехленным для взлета «Ка-50».