Суудэр-эдзен, владыка теней

Пируют охотники, пьют вино, да друг перед другом богатством хвалятся.

Дело к вечеру обернулось, роса на траву выпала, Теллук и спрашивает ? отчего же, Янгув, мы пируем не в твоей юрте?

– Дорогие ковры у меня там расстелены, шкуры редкие, ? отвечает Янгув, ? не хочу, чтобы их ногами запачкали.

– Что же, Янгув, ? нахмурился Теллук, ? раньше мы вместе по болотам да горным рекам ходили, на голой земле спали, а теперь ты и на шкуру наступить боишься?

– Э, Теллук, ? говорит Янгув, ? да та шкура знаешь, сколько стоит? Месяц я того зверя выслеживал, и еще неделю с ним боролся! Жду я теперь богатого торговца из дальнего города, чтобы дорого ему ту шкуру продать, а до тех пор ее беречь надо.

Стало Теллуку любопытно, что за шкура такая, но Янгув ни в какую не соглашался ее показать. Тогда хитрый Теллук уговорил его еще выпить, и еще, а свое вино незаметно на землю выплескивал. Напился Янгув вина, и Теллук, дождавшись, когда он уснет, заглянул в его юрту, да так и обомлел, увидев в углу плененную тень.

Разве ж то удача, на зле да несчастье взращенная? Разве ж то пристало охотнику ? удачу свою на цепи держать?

Хотел он было веревку разомкнуть, а та пальцы жжет да коснуться не дает, накрепко старым шаманом заколдованная.

Вернулся Теллук к себе ни с чем.

Наступила следующая ночь большой луны, снова Теллук, как и обещал, устроил пир для суудер-эдзена. Собрались тени, и видит Теллук, что лица их печальны, а к кушаньям они почти и не притрагиваются.

– Что, ? спрашивает он, ? случилось у вас, ночные духи?

– Пропал наш младший, охотник, ? отвечает суудер-эдзен, ? все горы мы обыскали, все реки, все степи, нет его нигде, ни на земле, ни под землей, ни на небе, ни над небом.

Рассказал им тогда Теллук, что у Янгува в юрте видел. Разозлились тени, полетели в селение.

Спит Янгув в юрте своей, чует ? словно холодом повеяло. Приоткрыл один глаз, видит ? темно в юрте так, словно большая луна с небес исчезла. Слышит он голоса и шорохи, открыл и второй глаз.

Увидел он, что у него полная юрта черных теней ? в каждый угол те заглядывают, туда-сюда снуют, но не видят своего младшего товарища, веревкой скрытого. А тот бьется внутри круга, зовет их жалобно.

Охнул Янгув, и тут же все тени вокруг его лежанки собрались, лица бледные склонили, смотрят глазами черными, а в тех глазах тьма могильная плещется.

– Ты, ? говорят, ? охотник, младшего нашего забрал?

– Я, ? говорит Янгув.