Игра трех королей

Сейчас она понимала Кристофа как никто, потому что сама бы в жизни больше не пошла в комиссариат своими ногами.

До квартиры гитариста и впрямь было очень близко. Нобистор двадцать три оказалось старым разваливающимся зданием хостела, без консьержа или хотя бы ламп. За дверью было темно настолько, что Лора вытащила смартфон и включила фонарик.

– Давай-ка тут уже вперёд пойду я, – настойчиво продвинулся первым Рик, и она не стала возражать. Особенно когда свет выловил на лестнице осколки, похожие на остатки от разбитой лампочки.

– Не пугай парня зря, вдруг он спит под травкой и потому не брал трубку, – всё же сочла своим долгом сказать ему в спину Лора, поднимаясь следом по ступеням. Шагал Рик исключительно бесшумно, и она невольно восхитилась этой выучкой: ей хватало ловкости, чтобы протаскивать безделицы мимо кассы, но до такой лёгкости было далеко. Особенно когда на подходе к облупившимся дверям квартиры пять Рик вдруг вытянул из-за пояса пистолет, слабо блеснувший в свете её фонарика.

– Что ты…

– Тихо, – прошипел он, кивнув на дверной замок, и Лора подобралась всем телом, увидев раскуроченное месиво, которое от него осталось.

В коридоре давящая тишина и темнота. Рик осторожно толкнул плечом дверь, и она жалобно скрипнула, пропуская незваных гостей в квартиру. Под порогом лежала упавшая железная вешалка для одежды, об которую оба чуть не споткнулись. Резкий гадостный запах ударил по рецепторам: и бару до такой вони было далеко.

– Останься тут, – в учительско-приказной форме шепнул Рик, поднимая руки и вскидывая оружие наизготовку.

– И ты ни черта не увидишь, – решительно отказала Лора, хотя отвращение, страх и инстинкт нарастали ломотой коленей. В доказательство своего аргумента она добавила фонарику яркости и перешагнула через вешалку, проходя следом за Риком вглубь помещения. В горле встал комок от царящего тут смрада.

В комнату слабо светили уличные фонари, шторы не были задёрнуты.

Фонарик высветил висящее на крюке от люстры тело: не висельника, а подвешенного за загривок, как нашкодившего Кевина Маккалистера подвешивали воры.