Его мир

А Чарльз… Он просто ставил эксперимент. Играл жизнями, как хотел. Доволен? Не похоже, но это нисколько не утешало.

Чувство бессилия было знакомо Вайлет и раньше благодаря этому вампиру. Но ещё никогда оно не казалось таким ужасным. Ещё никогда она всерьёз не думала о смерти как о единственном выходе из ситуации.

Сил бороться больше не было. Даже ради семьи. Впервые мысль о том, что родные в опасности, не наполнила Вайлет ни решимостью, ни волнением, ни яростью – вообще ничем.

Чарльз снова приблизился.

– Позволь мне внушить тебе, что ничего этого не было, – с несвойственной ему осторожностью обратился.

Чарльз спрашивал разрешения, хотя мог бы просто сделать. Он явно давал понять, что хотя бы её просьбу не применять на ней гипноз воспринял всерьёз.

Вайлет горько усмехнулась. Надо быть самонадеянным болваном, чтобы рассчитывать, что тут ещё что-то можно исправить.

– Нет, – резко пресекла она.

Чарльз чуть потянулся к ней рукой в непонятном жесте, но остановил себя.

– Разве ты сможешь с этим справиться? – на этот раз Чарльз спросил настойчивее.

Он собирался убедить её. Подчинить своей воле в очередной раз. А ведь соблазн поддаться был так велик…

Даже жутко стало от того, как сильно хотелось согласиться. Жить с тем, что здесь произошло – невыносимо, и Вайлет это понимала даже сейчас, когда, казалось бы, чувств просто не осталось.

Не было никакой гарантии, что вампир мог ограничиться только этим внушением.

И ей было бы всё равно даже на это, но неожиданная мягкость Чарльза не внушала доверия. Вайлет вполне допускала, что она обманчива.

Этому вампиру нельзя верить. Он ясно дал это понять, как и то, что для него человеческая жизнь ничего не значила. И, если Вайлет не могла изменить этого, то хотя бы контролировать своё сознание могла.

А позволить Чарльзу воспользоваться гипнозом – значит, вполне возможно, увеличить количество трупов. Причём так, что Вайлет либо и знать не будет, что убила ещё, либо благодаря его внушению полюбит это. Да что угодно тогда может случиться… Вампир это красноречиво дал понять несколько минут назад. У него не было ни принципов, ни чести, ни совести.