Ближе

Но улыбки из себя скорее выжимаю. И то больше тогда, когда взгляд Влада на себе чувствую.

Парень в такие минуты поспешно прячет телефон, я открыто в нём зависаю. Странно, но замечаний не получаю.

Как бы медленно ни тянулось время, конец этой неформальной встречи наступает для меня внезапно. Обухом по голове ударяет.

– Все свободны. Кроме Громовой, – Владислав Дмитриевич говорит невозмутимо, но тем сильнее напрягает. – Задержись, Инна.

Глава 7. Инна

Перед выходом Аня бросает на меня очередной тяжёлый взгляд, только на этот раз какой-то предостерегающий при этом.

М-да, с ней мне точно предстоит разговор. Больно мне нужен её Влад, пусть забирает, я уже даже за такой расклад. Это её проблемы будут.

Я всё ещё сижу за партой. Остаюсь там, даже когда все уходят. Не вижу смысла подходить к Владиславу Дмитриевичу ближе – услышим друг друга и отсюда.

– Если вы насчёт опоздания, то вы достаточно доходчиво всё объяснили ещё во время лекции, – спешу нарушить давящее молчание.

Можно ведь доводить его, не оставаясь с ним наедине? Это был бы идеальный вариант. А то в личном общении Владислав Дмитриевич слишком уж подавляет своей серьёзной и уверенной энергетикой. Да и сразу вспоминаю, по чьей вине тут. Не могу я его пока спокойно воспринимать.

– Я не насчёт опоздания… – не нравится мне эта его пауза и задумчивый взгляд. – Буду прям. Инна, ты здесь из-за меня. Ты поступила не сама, тебя устроил я.

Меня аж прошибает от такой неожиданной прямоты. И сразу наваливается обида. Влад так спокойно заявляет мне это в лицо, уверенный в своём праве. А у меня тут жизнь рушится по крупицам, причём не таким уж мелким.

Едва сдерживаюсь, чтобы не вспылить. Если не нужны проблемы, так нечего лезть не в свои дела! Деньги ему явно важнее и тех студентов, кто сюда поступить хотел на моё место, и моих планов на жизнь уж тем более.

– Какие проблемы? – пренебрежительно переспрашиваю, стараясь не выдать душащей изнутри ярости. – Всего лишь опоздала разок. Хватит драматизировать.

Несколько секунд в воздухе повисает странная тишина, которую, кажется, можно потрогать руками. Слишком уж ощущаемая.