Сколько стоит корона

– Пусти! – взвизгнул стрелок, но замолчал от удара в зубы. Захныкал.

Ему выкрутили руки, распластали по земле, сунули кляп. Дойл подошёл, схватил его за волосы и резко дёрнул, но тут же отпустил и отвернулся.

Стрелку было не больше двадцати пяти. Молодой парень, смутно знакомый, но его лицо было перекошено дикой, неописуемой яростью и пылало ненавистью.

– Милорд, что прикажете? – с поклоном к нему подошёл возглавивший операцию Файнс.

Дойл стиснул здоровую руку в кулак так сильно, что ногти впились в кожу.

– Как его зовут?

– Тони. Тони Райт, третий год в гвардии. Милорд, я клянусь, что… – Дойл рубанул рукой по воздуху, прерывая извинения и выражения покаяния и покорности своей судьбе.

– Позже, Файнс. Я поговорю с вами позже. Пока доставьте Тони Райта… в замок. В подвал, в четвёртую камеру, под ответственность отца Рикона. Если он сбежит по дороге, я прослежу, чтобы вы лишились головы.

Файнс хотел было что-то ещё сказать, но не осмелился. По его команде бьющегося в припадке не то злобы, не то ужаса Райта поволокли к карете, которую Дойл предназначал для леди Харроу.

Те, кто не был занят им, рассредоточились по периметру рощи и снова стали незаметными.

Всё заняло не больше двух минут. Два выстрела, смерть, просвистевшая в полупальце от виска, крик испуганной женщины, спасшей его жизнь, арест стрелка – и снова тишина. Только клекотуны, до этого изредка посвистывающие на свой неповторимый лад, замолкли.

Дойл спустился к леди Харроу. Она сидела на широком сухом камне возле водопада и белым платочком стирала грязь с тёмного подола.

Издалека она казалась безмятежной, но подойдя ближе, Дойл увидел, что у неё трясутся губы, а пальцы едва слушаются.

Он присел рядом с ней и сказал:

– Оставьте платье. Я прикажу доставить вам двадцать новых.

Она нервно хмыкнула, но ещё крепче вцепилась в платочек.

– Я вдова, милорд. Мне не пристало иметь больше трёх платьев.

Дойл опустил голову и ничего не ответил. Он измышлял проверки, провокации, но всё вышло проще.

Два выстрела, испуг – и ни одной вспышки магии, ни волшебного щита, ни превращений. Единственное, что отличало в тот момент леди Харроу от обычной женщины, – это не магия, а смелость и скорость реакции. Если бы она не увидела летящую стрелу, Дойл был бы мёртв.

Он перевел на неё взгляд. Она уже перестала вытирать грязь и теперь просто мяла посеревший платок.

– Леди Харроу, – произнёс он, – я должен поблагодарить вас.