Старый дом

Вот что это было!

Глава 2

Андрону исполнилось десять лет, и он был точной копией своей матери, Хельги Маккиш: с шапкой светлых вьющихся волос и зелеными глазами. Когда он был совсем маленьким, она ласково называла его Дроней. И даже когда подрос, то все равно остался Дроней, потому что уже привык.

Дроня медленно приоткрыл дверцу дубового комода. Раньше он стоял в кабинете отца, но после его смерти рабочие затащили комод на чердак, куда обычно отправлялись все ненужные вещи. Ничего интересного не увидел, кроме ровных стопок постельного белья, пропитанного запахом сушеной лаванды, и также медленно закрыл, стараясь не скрипеть дверцей.

Потом подошел к грифельной доске, постучал костяшками пальцев по плоскости. Доску тоже перенесли из кабинета, загородив треснутое зеркало из прихожей. А рваное поролоновое кресло здесь так и стояло, вплотную придвинутое к окну. Как и ржавая пружинная кровать в углу, и круглый стол посередине мансарды, застеленный плюшевой скатертью в подозрительных пятнах.

По правде говоря, бинокль принадлежал Марку, школьному приятелю. Он был старше Дрони на целых четыре года, но это не мешало их дружбе, сплоченной общим интересом. Но сегодня Марк не пришел, и Дроне придется глазеть на ночное небо в одиночестве.

Провалившись коленками в рыхлый поролон, он навалился животом на спинку кресла, поднес бинокль к глазам и принялся обозревать близлежащие окрестности.

«Ничего интересного, – подумал грустно. – Прохожие, словно муравьи, снуют туда-сюда, спешат куда-то… А это еще что?!»

Дроня отпрянул от бинокля и осторожно выглянул в окно. Возле калитки стояла рыжая девчонка в красном комбинезоне. Вытянув вверх руку, она смотрела прямо на него.

– Не может быть… – Он вновь поднес бинокль к глазам – огромный кукиш никуда не исчез.

Девчонка беззвучно рассмеялась и вприпрыжку поскакала вверх по улице. Следом за ней, откуда ни возьмись, потрусил большой красивый пес с золотистой шерстью.

Разглядывать прохожих сразу расхотелось.

Дроня убрал бинокль в ящик, и, засунув руки в карманы, прошелся вразвалочку вокруг стола и остановился в раздумье.

«Чем бы таким заняться, лишь бы ничего не делать?» – подумал он, почесав затылок.