На острие мезальянса

Фигура Адама Хэлтора была покрыта налётом мрака, одиночества и беспросветной печали. Словно его горе, должно было в один момент стать всеобщим. Все эти недомолвки, только усиливали тревогу, навеваемые этим местом.

– Вы лезете не в своё дело!

– Но, я уверена, что…

Он махнул рукой, прервав девушку на полуслове.

– Айрин слишком многое позволялось, особенно в последнее время. Я не снимаю с себя вины, но сейчас, никто кроме хорошей гувернантки не справится.

Тон его стал резким, выражение лица хмурым, и Анне хотелось взять его за полы бархатного камзола и крикнуть: «Какой же вы отец, раз вините во всём дочь?»

– Все кто служит мне, часто предоставляют отчёты о своей работе и касательно верховой езды, я прекрасно знаю, как обстоят дела.

Мне не нужно видеть, что бы знать! – продолжил он.

– Я говорю не о результатах, а о простом внимании. Почему вы отрицаете то, что ваше внимание может благотворно сказаться на учёбе мисс Айрин?

Судя по изумлённому выражению лица, в его доме никто не смел говорить с ним в подобном тоне.

Неожиданно раздалось лошадиное ржание, а спустя мгновение, мистер Хэлтор заключил Анну в объятия. Прижавшись щекой к его твёрдой груди, она почувствовала аромат духов. Искрящийся контрастными переливами и полутонами, древесный и вместе с этим фруктовый. Нотки персика, переливались с ароматом лесных трав и сыростью дубовой коры. Но на третьем вдохе, аромат стал неожиданно резким, дурманящим, словно дым магических трав, о которых поют барды.

Неожиданно, время словно бы замедлило свой ход.

Сердце защемило от такой близости, а по позвоночнику пробежал холодок. Не было ни одной мысли, только аромат парфюма, что выдавал многогранность натуры его хозяина. Эта ароматическая феерия, больше всего подходила человеку страстному и переполненному чувствами, тому, кто не боится быть собой. А это совсем не подходило образу Адама Хэлтора.

Он явно не был человеком, боящимся собственных желаний и амбиций. Но толстый ледяной панцирь, не давал разглядеть в его фигуре большее.

В это мгновение, все звуки слились воедино, вторя стуку сердца.

«Ну вот и всё!» – подумала Анна, услышав треск дерева справа.

– Мисс Лейн, вы в порядке? – сквозь шум сердца услышала она голос мужчины.

Подняв голову, гувернантка увидела беспокойство в его глазах и тут же повернулась в сторону шума. Трое конюших пытались удержать лошадь, словно бы сотканную из золота. Она пыталась вырваться на свободу, противилась грубой силе.