Траектория полета совы

 – Они всё врагов ищут, а враги-то у нас внутри.

– Но хотя бы в том, что Пафнутий жил полтораста лет назад, у вас сомнений нет? Согласитесь, что это не так и давно. Почему же именно он? А что вы скажете о других наставниках духовной жизни и молитвы, их ведь было много?

– Это ты про Паламу, что ли? Не знаю, я этому делу не обучен. Да и с Паламой еще темная история, никому же неизвестно, что он на самом деле там думал.

– Отчего же неизвестно? Всё давно издано и прокомментированно.

– Мало ли, что издано! Ты сам-то видел его рукописи? Их небось и прочитать уже нельзя.

– А разве… – Киннам недоуменно посмотрел в ту сторону, куда отправились женщина с ребенком.

– Да что ты, Катерина просто мой друг. Да и потом, она же совсем не православная, как не ней жениться?

– Ну, знаешь ли, так рационально рассуждать можно далеко не всегда.

– Всегда! – отрезал мужчина. – Как еще рассуждать? Брак – это таинство, как в нем может участвовать неверный?

– Если бы все так думали, никто бы и не расходился, наверное.

– Правильно! Я и не разойдусь!

– Так дело за малым?

– В каком смысле?

– Осталось жениться?

– Ну да, я и думаю, есть одна барышня. У нас с ней может быть роман…

– Ты всегда так откровенен с первым встречным?

– Да нет, что тут особенного? Я же не говорю, кто это и откуда.

– Тогда удачи!

– Гм… Тебе легко говорить. – Мужчина внезапно посерьезнел и отвернулся в стол. – Тебе-то, конечно, не отказывали никогда.

– Мне?.. – Киннам слегка растерялся, чуть помедлил с ответом, но, дернув щекой, решительно сказал: – В общем-то нет.

– Ну вот, я же говорю. А со мной не так просто, им же всем что-нибудь нужно обязательно.

– Тебя это удивляет? – Великий ритор вскинул брови.

– Нет. Если нет настоящей любви, то ничего удивительного. А уж если судьба, то женщина на мои ногти смотреть не станет… И на зарплату тоже.

– Но все-таки твое общественное положение хотя бы отчасти важно. Семья, возможно, дети – их же надо кормить?

– Ну, я бы мог чем-то еще заняться. Хотя не знаю… Везде так мало платят, что есть ли смысл? Так что, если будет жена, пусть терпит меня такого, как я есть! – вдруг с жаром воскликнул мужчина.