Последние часы. Книга II. Железная цепь

Мгновение спустя отец сжимал ее в объятиях, поцеловал в лоб, и это знакомое чувство, прикосновение его рук, колючей щетины, тепло его тела, успокоило ее, как всегда, несмотря ни на что.

– B?b?, – прошептала она, подняла голову и взглянула ему в лицо. Он так сильно постарел. – Где ты был? Мы очень волновались.

Запах табака, исходивший от его волос и одежды, тоже был хорошо знаком Корделии. Но когда отец поцеловал ее, повеяло еще чем-то сладковатым, неприятным. Что это – вино, перегар? Нет, ей просто показалось.

Элиас сделал шаг назад, сжимая руки дочери в своих.

– Мне очень приятно, что вы с таким нетерпением ждали меня, дорогая. – Он оглядел ее с ног до головы, и глаза его хитро блеснули. – Но тебе не стоило разряжаться в пух и прах ради меня.

Корделия рассмеялась и подумала: «Отец вернулся. Он будет присутствовать на моей свадьбе. Это самое главное».

– Это мое свадебное платье… – заговорила она, но смолкла, увидев улыбку Элиаса.

– Я знаю, дитя мое. Именно поэтому я приехал сегодня.

– Тогда почему же ты не вернулся сразу после того, как тебе разрешили уйти из Басилиаса?

Все трое обернулись и увидели Алистера на пороге его комнаты. Судя по всему, он как раз одевался: пиджака на нем не было, запонки он не успел вдеть в манжеты. Поверх рубашки – черный жилет, на котором золотыми нитями вышиты руны Любви, Радости и Единения, но настроение у Алистера было далеко не праздничное.

– Отец, мы знаем, что ты покинул больницу неделю назад.

Элиас пристально смотрел на сына. Он не протянул к нему руки, как к Корделии, и не сразу смог заговорить – у него перехватило дыхание от волнения.

– Подойди и поприветствуй меня, Исфандиар, – произнес он, называя Алистера его вторым именем. Исфандиаром звали великого героя, персонажа поэмы «Шахнаме», персидского эпоса. Этот герой мог связать любого демона заколдованной цепью. Когда Алистер был маленьким, он обожал слушать истории из «Шахнаме»; дети сидели у огня рядом с Элиасом, а он читал им вслух.

Но это было очень давно. А сейчас Алистер, услышав свое персидское имя, даже не пошевелился. Элиас нахмурился.

– Да, меня действительно отпустили несколько дней назад, – ответил он. – Однако прежде, чем вернуться, я отправился в глухой лес, который находится во Франции, к западу от Идриса.

– Чтобы покаяться и искупить свою вину? – насмешливо спросил Алистер.