Осколки прошлого

– Да, мы это уже проходили, но я хочу прояснить для протокола: вы отказываетесь от дачи показаний?

– В данный момент, – вмешался Гордон, потому что охотнее всего он вставал на сторону Лоры в конфликтах с посторонними. – Мои представители позвонят вам, чтобы назначить встречу.

– Я могу задержать ее в качестве особо важного свидетеля.

– Можете, – согласился Гордон. – Но тогда она сможет остаться здесь согласно врачебному предписанию, и вы все равно не получите к ней доступ.

Лора попробовала вклиниться:

– Я была под анестезией.

– Вы себе же делаете хуже. Вы это понимаете, да? – Доброжелательный фасад в духе «мы все на одной стороне», за которым скрывалась Палаццоло, рухнул. Она была явно вне себя. – Только тем, кто держит язык за зубами, есть что скрывать.

– Мои представители свяжутся с вами, когда она будет готова говорить, – повторил Гордон.

Края челюсти рельефно выступили на лице Палаццоло, словно стальные шарниры, когда она сжала зубы.

Гордон обратился к Лоре:

– Тебе лучше остаться в больнице. Она тебя не побеспокоит. Я получу судебный запрет, если…

– Домой, – сказала Лора. – Либо иди за своей машиной, либо я вызываю такси.

Гордон посмотрел на санитара, который вез ее каталку, в надежде на его помощь.

Мужчина пожал плечами:

– Она права, брат. Как только она подпишет бумаги, мы больше не сможем держать ее здесь против ее воли.

Гордон опустился на колено перед креслом-каталкой.

– Милая, я не думаю…

– Андреа. – Лора сжала руку Энди так сильно, что у нее сместились суставы. – Я не хочу здесь находиться. Я больше не могу оставаться в больнице. Только не на ночь. Ты понимаешь?

Энди кивнула, потому что это по крайней мере она точно понимала. Лора почти год постоянно выписывалась и снова ложилась в больницу из-за осложнений после операции, двух случаев острой пневмонии и клостридиальной инфекции, которая оказалась настолько живучей, что чуть не посадила ей почки.

– Папа, она хочет поехать домой.

Гордон что-то пробормотал себе под нос. Поднялся. Засунул руки в карманы. Внутри зазвенели ключи.

– Ты уверена? – Он покачал головой, потому что у Лоры не было привычки говорить что-то, в чем она не была уверена. – Переодевайся. Подписывай свои бумаги. Я буду ждать у входа.

Энди смотрела, как уходит ее отец.