Фальшивые герои

Фальшивые герои

Михаил Викторович Позняк

Август-сентябрь 1976-го года, сразу после событий, описанных в книге «Регрессивный гипноз». Странник – человек, умеющий открывать двери в чужие миры. Он живет, не пуская никого в свою жизнь, и не вмешиваясь в чужую. Но за его способностью уже началась охота, и скоро его судьба окажется накрепко связана с ликантропом Сергеем, медиумом Эдиком и простой девушкой Машей, которая всего лишь ехала на веселую вечеринку.

“People are strange when you’re a stranger

Faces look ugly when you’re alone”

Jim Morrison

«Люди так странны, если ты странник,

Лица ужасны, когда ты один».

Примерный перевод

Пролог

Август в Москве – фактически начало осени. Несмотря на теплые дни с ласковым солнышком, ночи становятся темными, холодными и сырыми. Вернувшихся из отпусков взрослых, или загоревших и подросших за лето детей, встречают уже первые, шуршащие под ногами высохшие листья. Уже краснеют, наливаясь соком, гроздья рябин. И эхо детских голосов, вновь заполнивших дворы, замолкает временами, уступая на мгновения проявляющейся осенней тишине.

Тихо было и в Радищевском скверике, расположенном между старыми домами и выходящем боковыми сторонами на спокойную улицу Володарского и чуть более оживленную Радищевскую. Изредка проезжал мимо троллейбус маршрута номер шестнадцать, спускаясь вниз к Яузе или карабкаясь, наоборот, к Таганской площади и снова наступала тишина. Вечерело. Вольготно развалившийся на скамейке Странник философствовал.

– Вот скажите мне, дорогие друзья, – произнес он, задумчиво уставившись куда-то на крыши домов, – Если человек милый и приятный во всех отношениях, поражающий богатым внутренним миром, разговаривающий исключительно о высоком и не приемлющий конфликтов ни в какой мере, ибо надо быть выше скандалов и необходимо понять и простить любого, кто повел себя нетактично в его присутствии. Все, вокруг такого – люди прекрасные и замечательные, и любые твои критические замечания будут приняты с недоумением и дальнейшей просьбой не говорить в его присутствии таких грубых вещей.

Он посмотрел по очереди на Сергея и Виталия, сидящих на той же скамье и перевел взгляд на Радищева, который тоже, словно, обратился в слух.

– По мне – так это ханжа и лицемер, – пожал плечами Сергей.

– Вот именно! – удовлетворенно кивнул Странник, – Таким – можно быть только полностью наплевав на окружающее, а заодно и на окружающих.