Перекати поле пустоши

– Тогда почему ты собиралась уйти из жизни, словно последний трус, а не расплатиться за деяния верной службой?

– Я не могу больше…

– Я предлагаю тебе выбор, – отстранилась Арти. – Возмещаешь то, что отняла у людей в этой жизни, добросовестной работой, пытаясь вылечить бесплодие даже в самых безнадёжных случаях. Или отправляешься в мир, где тебя режут на куски, затем собирают и снова режут. Там это будет продолжаться ровно столько раз, сколько ты лишила новые души возможности появляться на свет.

– Но аборт – это нормально! – всё же выкрикнула Наяна.

Арти ещё сильнее расправила крылья и ссутулилась от злости.

– Ты специально делала ошибки во время операций, чтобы повреждать женщину и лишать её возможности родить в будущем. А также целенаправленно настраивала сомневающихся в пользу аборта. Как ты уже поняла мы обсуждаем твои поступки, а не уместность чужого выбора, – выпрямилась Артемида, чтобы задать главный вопрос. – Ответь мне, ты виновата или невиновна?

Та опустила глаза и, на мгновение задумавшись, неожиданно стала равнодушной.

– Я не чувствую вины. Почему я должна винить себя?! – Истерический смех вырвался из груди Наяны и смутил ангела Спасения. – Я не виновата. Даже если и сделала ошибки, они остались в прошлом и теперь просто часть истории, которая совсем скоро поддастся забвению. И кто ты такой, чтобы винить меня? Или решил, что, пристыдив пару раз, я неожиданно отступлюсь от своих принципов и взглядов?

Наяна твёрдо встала на ноги и сделала шаг в сторону Артемиды, которая казалась уверенной только внешне, внутри ощущая глубокое смятение из-за постепенно настигающей неудачи.

Силы накидки, меняющей настроение, работали негативно, словно не могли найти нужных эмоций и возвышали деятельность противоположных чувств.

– Это моя жизнь, – истерически крикнула Пимов и ткнула пальцем себе в грудь. – Я сама решу, как мне её прожить. Кто бы ты ни был, убирайся из моей головы!

Она схватила табуретку и кинула её в Артемиду, сразу же повиснув на подготовленной петле.

Глаза её стали краснеть, а вены на лице вздулись. Ангел Спасения щёлкнул пальцами, и верёвка порвалась, роняя Пимов на осколки. В затуманенном взгляде Наяны остался размытый образ небесного создания, который приходил, чтобы её образумить, но вместо этого сильнее убедил в собственной правоте.

Артемида вернулась в квартиру и пнула стоявшую на проходе коробку.