Четыре кубика льда

Марк выдохнул.

– Кто-кто… Олесю помнишь?

Антон молча кивнул.

– Папаша её… Я у него работал. Водилой. И… ну, ошибся маленько… Вот он и послал ко мне девку, запугал, потом накачал наркотиками и порезал. Ну, она порезала. Но приказал он… Наверное… Хотя как пришёл в себя, сначала думал, что это Анька Морозова была. Ментам так и сказал… Потрепали её, наверное… А потом до меня дошло, что это точно не она… Девка тощая и мелкая, а Анька себе всё что надо сделала. Огонь баба, если не знать, какой в школе была… Но вот после наркоты накрыло – решил, что она… Она ещё говорила всё время: покайся, покайся… Жуть… Стоянов псих, это факт!

Антон резко выдохнул.

– Я. Ничего. Не понял, – сообщил он. – Кроме того, что я, похоже, в ещё большей заднице, чем ты. Давай по порядку. Ты ошибся – это о чём вообще? Что ты сделал? И при чём тут твоя Анька?

Казалось, что Марк уже готов ответить на этот вопрос, но тут за спиной Антона раздался негромкий, чуть надтреснутый старческий голос:

– Старостин, еле-еле твою палату нашёл! Вот тебя занесло-то! А это кто у тебя? Друг?

Лицо Марка приобрело землистый оттенок, и он захлопнул рот.

Антон обернулся к говорившему.

Невысокий щуплый старичок, лысый, с выцветшими, почти прозрачными голубыми глазами, в каком-то странном костюме – он не производил впечатление человека, способного испугать хоть кого-то. Но Марк очевидно его боялся.

Антон перехватил заинтересованные взгляды соседей Марка по палате, скрещенные на нём и старичке, и отчего-то почувствовал себя ещё более неуютно.

– Дмитрий Иваныч? – Марк растянул бледные губы в странном подобии улыбки. – Не ожидал.

– Да как же не ожидал? – старичок удивлённо развел руками. – Не чужие же люди. Пять лет с тобой вместе проработали.

– Да. Пять лет, – тихо сказал Марк.

– Сколько же раз ты меня подвозил по делам? И не сосчитать…

– Да, – снова согласился Марк. – Не сосчитать.

– Зато можно сосчитать, сколько ты, крысёныш, украл у Стоянова, – совершенно другим тоном договорил старик.

Антон сделал шаг в сторону.

– Дмитрий… Иваныч… – прохрипел Марк. – Я всё отдам. Выплачу. Только не надо больше…

Старик по-птичьи склонил голову к одному плечу:

– Не надо что?

Антон продвинулся ещё чуть ближе к двери. И тут старик повернулся к нему:

– А вы, молодой человек, кем приходитесь Стояновым?

– Ммм… никем… – нервно сказал Антон. – Я к Марку пришёл. Друг. То есть одноклассник.