Оплот добродетели

И Кахрай подумал, что, может, несчастная таки рухнет в обморок.

Не повезло.

– Ужасно, – произнесла Труди с чувством огромного внутреннего удовлетворения. – Они использовали мьельский шпинат вместо массажского и сливки растительные. А еще…

Лотта беззвучно вздохнула.

И отложила вилку.

– Спасибо, – сказала она, поднимаясь. – Кажется, я уже сыта…

– Напрасно, – Труди с необычайным вдохновением пережевывала оставшийся комок. – Ты ж десерт не пробовала.

– Обойдусь.

– И зря. Женщина должна есть. Когда женщина ест, она счастлива.

А счастливая женщина радует окружающих!

Судя по собственным объемам, Труди окружающих очень радовала.

Кахрай тоже поднялся.

– Мы вас проводим.

– Спасибо, но…

– Милочка, – Труди подвинула к себе следующую тарелку, – не отказывайтесь. Мужчины – существа пугливые, один раз откажете, в другой не рискнут предложить. А этот вроде ничего, крупный и ест много.

– А это важно? – оживилась Шарлотта.

– Конечно, – Труди смотрела с тем чувством собственного превосходства, которое со временем появляется у женщин опытных, не единожды столкнувшихся с несправедливостью мира и всецело познавших его сложность и глубину.

 – Это ж еще наши предки знали. Кто ест, тот и работает, так они говорили. Меня еще бабушка моя учила. Так и говорила: Труди, коль мужик в тарелке еле-еле ковыряется, то и в койке ковыряться станет, а уж чего там он наковыряет, то одним богам известно… А этот вроде ничего. Крупненький.

Кахрай ощутил, что краснеет.

Совершенно бестолково и, главное, бессмысленно.

– Ишь, и стесняется, – почти умилилась Труди. – Идите уже, а я на кухню загляну… побеседую, чтоб обед нормальный подали…

– Вы к себе? – поинтересовался Кахрай.

А Шарлотта пожала плечами. Она совершенно не представляла, что делать дальше.

То есть цель у нее имелась.

Но вот только цель и… и наверное, стоит прогуляться, присмотреться, познакомиться с иными кандидатами, список которых Лотта составила, но теперь испытывала некоторые сомнения в возможности его реализации.

Лайнер оказался слишком большим, чтобы надеяться на случайную встречу.

– Я, пожалуй, в оранжерею, – решилась Лотта. – Пишут, что здесь отличная оранжерея…

Поддержание которой обходилось в весьма круглую сумму, что было вовсе не понятно, ибо на оранжерею в поместье, занимавшую втрое большую площадь, уходили куда меньшие деньги.

– Вы не будете возражать, если мы составим вам компанию? – поинтересовался Кахрай.

И улыбку изобразил.