Оплот добродетели

– Вот скажи, – задумчиво произнес Кахрай, – тебе известны особенности ах-айорского церемониального поклона, которым положено приветствовать человека, пусть и равного тебе по крови, но стоящего выше?

– Т-тебе?

– Мне? Мне известны. Пришлось работать там… по интересам фирмы. Так что кое-что я знаю, но изобразить не рискну. Слишком много мелочей. Обрати внимание, локти не прижаты, как делают низшие, но и не растопырены, что указывало бы на неуважение к тому, кому предназначен поклон. Взгляд устремлен на собеседника… И это только часть.

Он покачал головой.

– И откуда, спрашивается? Если это случайная встреча… или неслучайная? – он поскреб щетинистую щеку. А Тойтек не нашелся с ответом. Зато вытянул губы и загудел, попытался достать языком нёба, а затем щек. Язык слушался плохо, а щеки ощущались как толстая резина.

Ничего.

Он справится. Со всем. И вернется в лабораторию. И работу завершит. И войдет в историю как человек, которому удалось одолеть чуму.

Рыжая девица не выходила у Кахрая из головы.

Она покинула каюту еще до шести утра, что было категорически ненормально для отдыхающих девиц, а затем, потянувшись – и легенький костюмчик облепил ее тело, будто рыжая знала, что за ней наблюдают, – бросилась бежать.

Глупо.

К чему бегать по корабельным коридорам, когда есть специальная зона с климатическим зонированием и возможностью выбрать тип покрытия, равно как и характер местности? Но она бежала.

Быстро.

Мягко.

Весьма технично, что вновь же… кто ей эту технику ставил? А главное зачем?

Потом же состоялась встреча, которая чем дольше Кахрай думал, тем менее случайной выглядела.

Поединок.

И разговор ни о чем. Кахрай старательно читал по губам, но ничего особенного прочесть не сумел. Он покосился на подопечного, который старательно корчил рожи, при этом умудряясь выглядеть вполне серьезным и даже возвышенно-вдохновенным.

Очень хорошо.

– Массаж? – Кахрай скорее ставил клиента в известность, чем и вправду спрашивал. Но тот ответил почти внятно:

– Та.

Тело под руками было ослабленным и каким-то иссохшим. Мышцы – натянутыми, что струна. И Кахраю приходилось действовать очень осторожно.