Оплот добродетели

Он искренне полагал глупостью парные бои, да и все это ненормальное повальное увлечение оружием, которое в условиях современного мира давно потеряло свою функциональность. Какой смысл в сабле, когда ответом на удар станет плазменная вспышка?

Но тут…

В этом поединке и вправду было что-то донельзя притягательное. Эти двое сходились. И расходились в безумном танце, слишком быстром, чтобы глаз человеческий способен был уловить детали. Камеры выхватывали то клинки, то лица. Нахмуренное – мужчины, явно не ожидавшего, что рыженькая девушка даст отпор.

Сближение.

И уход.

И вновь сближение. И утомленные танцем, эти двое кружат друг напротив друга, не сводя взгляда, и кажутся уже одним целым, что определенно не нравится Кахраю. Тойтек с удивлением отметил, что его сопровождающий хмурится.

И злится.

Точно злится. Вон дернулась губа, будто Кахрай собирался оскалиться. Руки сжались в кулаки… громадные кулаки. Голова опустилась, шея исчезла, а комбез на спине натянулся, того и гляди треснет, не выдержав напора мышц.

С чего бы это?

Но вот мужчина на экране уронил клинки и поклонился, а девушка ответила ему таким же церемонным поклоном. Он что-то сказал – жаль, звук система не передавала, – а он ответил. И девушка рассмеялась, отчего Кахрай прищурился. И ноздри его раздулись. Не человек – почти животное, крайне притом агрессивное.

– Ч-ш-то, – выдавил из себя Тойтек. После вчерашней удачи он почти до утра мучил себя и свой ротовой аппарат, который все ж таки соизволил ожить.

Всяко лучше, чем полное молчание.

– Что? – переспросил Кахрай, разворачиваясь всем телом. И столько было в этом движении угрозы, что, если бы Тойтек способен был двигаться, он бы отшатнулся. – А… против ахайорца, конечно, она не тянет, даже против такого…

Он презрительно скривился.

– Видно, что давно не тренировался. Но хорош… их едва ли не с младенчества учат.

Тренированным ахайорец не выглядел. Скорее наоборот. Тойтек в прежние времена куда больше времени уделял физической форме. А этот… невысокий, пухловатый, пусть даже эта пухлость и не выглядела отталкивающе. Круглые щеки, мягкий подбородок, под которым наметился второй. Подушки плеч и явные очертания живота, что для мужчины вовсе недопустимо.

Мужчина снова поклонился.

И рыжая, сложив руки, тоже согнулась, но как-то хитро. А мужчина рассмеялся.